«Она хочет, чтобы я сказала, мол, после замужества – еще ни разу. И что это тоже меня печалит, в дополнение ко всему прочему».
– Ты забываешь, сколь тщательно изучил мистер Хэнкок мои вкусы. – Анжелика пытается изобразить на лице свою прежнюю томную улыбку. – И забываешь, что я умею просить так, что отказать мне невозможно.
– Ты замужем за ним. Теперь у него нет необходимости во всем тебе угождать.
– Мистеру Хэнкоку нравится угождать мне.
Она отгрызает еще кусочек печенья. Корица и миндаль на зубах; запах розовой воды и крахмала, повеявший от миссис Фрост. Анжелика-призрак, прежняя Анжелика, стоит рядом с ней нынешней. Если немного передвинуться вбок, она вернется в то свое тело и снова посмотрит на все теми своими глазами.
В комнату входит Бригитта с чайником кипятка.
– Нет ли у тебя сладкого вина? – Миссис Фрост взяла печеньице, но не кусает. – Мои новые зубы обошлись мне слишком дорого, чтобы так рисковать.
Анжелике совсем не хочется тянуть мадеру с подругой.
– В доме только пиво, – говорит она.
– Да быть не может!
– Для нас чай – достаточно крепкий напиток.
Когда Бригитта удаляется, Анжелика достает связку ключей. Одним из них она отпирает застекленный шкафчик, где хранятся чайные чашки и чайница, а другим – саму чайницу. Миссис Фрост наблюдает за ней с изумлением.
– Надо же, какой хозяюшкой ты заделалась.
– Таков мой выбор.
Анжелика знает, что чайные чашки у нее (из костяного фарфора, расписанные розовыми розами и загадочными китайскими иероглифами) ничуть не хуже, чем в самых знатных домах Лондона: ведь именно мистер Хэнкок поставляет в них отборный заморский товар. За качество самого чая тоже стыдиться не приходится. – Чай нам доставляют прямо из порта. Мистер Хэнкок водит близкое знакомство с одним важным чиновником из Компании. Ну, как тебе?
Они в молчании прихлебывают чай. Когда миссис Фрост глотает, на шее у нее посверкивает брошка, почти скрытая в складках шейного платка. Бриллианты явно настоящие, не стекляшки.
– Как так вышло, что ты теперь проживаешь в районе Сент-Джеймс? – спрашивает Анжелика.
Миссис Фрост светлеет лицом:
– У меня там дом.
– Дом? То есть ты там служишь в каком-то доме?
– Нет. Мой дом. Я его арендую.
– Целый дом?
Миссис Фрост кивает, едва заметно, и брошка опять сверкает на свету. Под таким углом украшение становится видно целиком: это драгоценная заколка в виде стрелы Купидона.
«Это что, шутка? Розыгрыш какой-то?» – думает Анжелика, но вслух не говорит, поскольку у нее ужасное ощущение, что миссис Фрост ждет от нее именно этого вопроса. Вместо него она задает другой:
– Но зачем тебе целый дом?
– Чтобы держать в нем своих девушек. – Миссис Фрост делает небольшую паузу, потом продолжает: – Вот не далее как сегодня утром я встретила одну с дилижанса.
– Девушку?
– Пятнадцать лет. Прекрасный цвет лица. Жаль, она совершенно безграмотна и неотесанна, но зато у нее чудесный голос и природная грация – редкое качество. Она в два счета всему научится, едва лишь перестанет плакать.
– Ох, Элиза, от тебя я такого совсем не ожидала.
– Удивительно, что ты ничего не знаешь. Конечно, заведение мое только-только открылось, но оно уже стало довольно популярным.
– Я не читаю непристойных журналов. Мне это ни к чему.
– Значит, тебе неизвестно, что моя Лолли пользуется огромным спросом после того, как я продала ее в первый раз за пятьдесят гиней. Пятьдесят гиней, миссис Хэнкок!
– Ты очень быстро преуспела, я смотрю.
– Ну, у меня все-таки немалый опыт.
Это действительно так. Ведь Элиза на протяжении многих лет неотлучно находилась при ней, и ее прямой обязанностью было знать все и всех в обществе.
Анжелика трясет головой:
– Но этот дом, превосходный дом, который ты снимаешь… Мы же с тобой остались без гроша. Просто нищими. Где ты достала денег?
На лице миссис Фрост не отражается ни тени смущения.
– У меня накопился небольшой капитал.
«А у меня никакого капитала не было, – горько думает Анжелика. – У меня не было вообще ничего».
Однако говорит она – еле ворочая непослушным языком – совсем другое:
– Ты всегда умно распоряжалась деньгами. Гораздо умнее, чем я.
– У тебя были свои таланты.
– Ты так умело вела мои счетные книги, – медленно, с яростью произносит Анжелика, сужая глаза, но миссис Фрост просто улыбается и отпивает глоточек из чашки.
Нет, она не признается. Держится так, будто совесть у нее совершенно чиста. Будто она не присвоила драгоценность, принадлежавшую Анжелике.
С минуту женщины молчат.
– Полагаю, ты приехала с намерением сообщить мне некоторые вещи, для меня небезынтересные, – наконец говорит Анжелика. – У тебя есть что-нибудь, что мне следует знать?
«Ты с самого начала замышляла обокрасть меня? – хочется ей спросить. – Или просто воспользовалась подвернувшейся возможностью?»
– Нет, – отвечает миссис Фрост. – Думаю, ты все прекрасно понимаешь. Ах да… ты, наверное, не слышала про нашу старую подругу, миссис Чаппел.
– А что с ней? – У Анжелики холодеет сердце. – Здорова ли она?
– Вполне. Но у нее крупные неприятности. С законом. – Последние слова она произносит с нескрываемым удовольствием, но Анжелика небрежно отмахивается:
