Это настолько меня шокировало, что я спросил:
— А вы?
Уже когда вопрос прозвучал, я понял, насколько он был неуместен. Однако наставник ответил:
— А я потомственный Охотник. И мне нравится моя работа. И раз уж у нас пошел разговор о личном… Ты бы хотел пройти Инициацию?
Я помотал головой. Да, я не раз жалел, что стал Охотником. Но менять жизнь Охотника на существование мерфиткой? Тоже не лучший выход, как по мне.
— Мне нравится работать с вами. Нравится химия.
— Уже хорошо.
Тут я вспомнил, что меня царапнуло:
— Кстати, вы сказали мерфитки — единственная. А вампиры? Разве они не могут нас превращать в себе подобных?
— Могут, — не стал спорить наставник. Смену темы он воспринял спокойно. — Но только ценой своей жизни, наша кровь для них ядовита, а без укуса не обратить. При этом у нас существует возможность успеть выпить противоядие. А учитывая, что оно входит в базовый набор, вампирами Охотники становятся редко. Чаще, чем по официальной статистике, конечно, но все равно гораздо реже, чем считают некоторые.
На этом я всё-таки сумела проснуться. Странное ощущение возникает, когда тебя вот так обсуждают, а ты это всё видишь и воспринимаешь просто как чей-то рассказ. Асавен оказался прав: меня посчитали мерфиткой. Это пугало. Как, скажите на милость, я в этом случае действительно не оказалась на пороге Инициации?! Нет, определенно, надо выбить у деда встречу с бабушкой.
Протянув руку, взяла со стола мобильник. Полшестого утра. Шикарно! Ещё часа полтора спать можно. Вот только страшно… Впрочем, организм решил за меня — уже через пару минут я почувствовала, что меня снова вырубает: пяти часов сна мне явно было мало. На грани сна и яви все же кое-как укрепив ментальные щиты, закрыла глаза.
Щиты дедуле оказались не помехой. Что бы это значило?
— Доброе утро, Света, — поприветствовали меня, прежде чем зрение прояснилось.
— Ну что опять? — едва ли не простонала я. Да, я собиралась выбить у него свидание с бабушкой, но не прямо же сейчас! Села на знакомый кожаный диван и мрачно поинтересовалась: — Неужели нельзя дать мне выспаться?
— Прости. Но я хотел узнать, есть ли новости о мальчике?
— Нет. Сложно, знаешь ли, вывести взрослых на нужную тему так, чтобы не вызвать подозрений! Тем более тетю Лену — она слишком хорошо меня знает. И, кажется, и так подозревает, что я что-то скрываю.
— Она искала тебя, — вдруг сообщил настоятель. — И, когда поняла, что из-за применения тобой мерфитской магии, сама найти не сможет, пришла ко мне. — Я удивленно уставилась на родственника. А он продолжил: — Это дорогого стоит, Света: не побояться, поступиться гордостью, признать свое бессилие и ошибки ради кого-то. Она действительно тебя любит.
С трудом сглотнув комок в горле, спросила:
— Ты узнал от неё?
— Нет, — коротко ответил дед. И, помолчав, всё же соизволил пояснить: — От госпожи Лайон, она переживала, что её правнук втянул тебя в неприятности.
— Прабабушки Андре? Той, которая смогла его перенести? — сообразила я, вспомнив слова тритона.
Мужчина кивнул. И сменил тему:
— Кстати, давно собирался поговорить с тобой о мерфитской магии. Тебе не кажется, что ты злоупотребляешь? Ведь та заварушка с Охотниками недалеко от вашей школы твоих рук дело?
— Откуда ты…?
— У меня свои источники. Значит, твоих? И чем же ты думала, покидая школу на следующий день после покушения? — Вот мне самой тоже это интересно! Пожала плечами. — Или ты это так извращенно пытаешься свети счеты с жизнью? Так, поверь, есть куда более безболезненные способы! — дедушка явно издевался. — Нет, я слышал, конечно, что дар хамелеона вроде проклятия и все его обладатели буквально притягивают неприятности, но чтобы настолько…!
Пристыженно потупилась. Дедушке удалось найти именно те слова, которые смогли меня задеть.
Протянув руку, мужчина коснулся прохладными пальцами моего подбородка и приподнял мое лицо:
— Пожалуйста, Света, будь осторожнее, — уже серьезно попросил он. Едва ли не впервые я видела в его глазах искреннее беспокойство.
Что на это ответить, я не знала, а потому я сменила тему:
— Асавен сказал, меня скорее всего приняли за мерфитку… Поэтому напали.
— Возможно. У тебя действительно много зелени в поле.
— Но она исчезает, — намекнула я. Дед намек проигнорировал: — И у меня единственный вариант причин этого: каким-то образом твоя избранница её забирает.
— Предположим. — Это было фактически подтверждение.
— Я хочу с ней встретится!
— И не проси, — помрачнел дедушка. — И сама не пытайся её искать. Просто поверь, сейчас для всех безопаснее вам не встречаться.
— Почему?! Что такого во вполне безобидном желании познакомиться?!
— Я не могу сказать. Твое сознание защищено. Но не от Лордов.
Уж не хочет ли он сказать, что по каким-то причинам именно Лордам не стоит знать, о том кто был его избранницей? Неужели Асавен прав, и она — мой ключик к расторжению помоловки? Или настоятель преследует какие-то свои цели? Чисто политические?
Даже если так, лезть в это я не хотела. Хватит с меня политики. Потому снова сменила тему:
— Что ты внушил родителям?
