Все попытки связаться с дедом были безрезультатно, я нервничала и явно ещё больше нервировала не сводящую с меня глаз крестную. Так что Валерий Миллиос, кажется, уже был близок к исполнению угрозы. Поэтому, когда спустя час или полтора в голове послышался знакомый голос, эмоций у меня уже не было — пришлось накидывать на себя успокоительное заклятье, поверх которого кто-то из взрослых ещё свои наложил. На меня они, конечно, слабо действуют, но в совокупности оказалось достаточно.
Без приглушивших эмоции заклятий я бы, скорее всего, вспылила. Но они были, так что ответила примерно в том же тоне:
«Да. Где мама?»
— Она у него? — сразу же спросила крестная. Я кивнула.
«Ты не мог мне
«И что?»
«Спасибо за заботу, конечно. Но некоторые новости я бы предпочла узнавать, не взирая на измотанность резерва! — Кажется, большая часть успокоительных приказала долго жить. Говорили же мне, что сильные эмоции способны их действие перебить. — Что тебе мешало хотя бы сразу ответить?»
«
«Погоди! Мама в порядке?»
Открыв глаза, закрытые больше по привычке, чем из необходимости, сообщила:
— Она у него. И, похоже, надолго, потому что он «не собирается и дальше рисковать её жизнью».
— Всё-таки не выдержал, — вздохнула крестная.
— И я его прекрасно понимаю, — заметил на это градоправитель. — Но моему внуку он, надо думать, ничего не сказал?
Я не сразу сообразила, что речь о папе, потому замешкалась с ответом:
— Нет.
— Значит, это придется сделать нам, — сделал вывод Владимир Антарио. И протянул мне руку: — Света?
Без колебаний вложила свою ладошку в его. Но поспешила уточнить:
— Портал открываю я?
— Да я и сам справлюсь, — заверил старший родственник. Судя по цветущему виду, кое-кто, кажется, успел где-то разжиться накопителем.
— Погодите! — остановила нас в шаге от переноса тетя Лена. И, когда мы оба обернулись, предложила: — Воспользуйтесь моей квартирой. Там хоть какая-то защита. А на Свету доступ настроен.
— Спасибо, — поблагодарила я, вкладывая в это слово гораздо больше, чем просто благодарность за разрешение. Она бледно улыбнулась в ответ, а я, сосредоточившись, развернула портал без начертания.
Переместившись, мы оказались в полной темноте пустой квартиры. По крайней мере после солнечного дня в единственном неподводном городе русалок глухая ночь Энска показалась именно таковой. Что-то последнее время зачастила я прыгать из дня в ночь… Прежде чем глаза успели привыкнуть, градоправитель зажег светлячок. Яркий белый свет осветил гостиную. Сориентировавшись в пространстве, сделала несколько шагов до выключателя и включила люстру. Сразу стало уютней: магический свет придавал комнате какую-то жуткую атмосферу.
— Подождете пару минут? — обернулась я к осматривающемуся градоправителю. — Мне надо переодеться: будет очень странно, если я в таком виде заявлюсь: люди подобное давно не носят.
— Только быстро, — согласился прадед.
— Если что кухня и ванная там, — я указала направление и ретировалась в условно свою комнату.
Одежда у меня здесь была, но подобрать что-то хотя бы относительно подходящее оказалось неожиданно сложно. И если раньше можно было бы перенести что-то из школы, то сейчас на подобное я была не способна — даже портал в Марианский, даже небольшой, был мне не по силам. Находящийся через стенку шкаф с одеждой тоже был недоступен — о защите родительской квартиры позаботились и дедушка, и Илина Владимировна, и Анастасия с прадедом. Пришлось обходиться тем, что есть. Футболка была тесновата в плечах, а в ставшие коротковатыми джинсы помимо меня входил кулак. Ничего так я похудела! Впрочем, сгодится. Хуже дело обстояло с обувью — здесь была только летняя, а на дворе на минуточку середина зимы. А, впрочем, черт с ней! Всё равно про магию объяснять, так что можно не слишком париться. Натянув кроссовки, понадеялась, что уж за пару десятков шагов не успею ноги намозолить, и вернулась в гостиную:
— Я готова.
Окинув меня взглядом, градоправитель констатировал:
— В амазонке было лучше.
