И тут же смуглый молодой священник подвел к лодке пожилую монахиню, прижимающую к груди толстую тетрадь в кожаном переплете.
— Нет, отец Гарсия, вы мне в сыновья годитесь, как могу я спастись, покинув вас здесь! — сокрушалась монахиня.
— Остаться здесь — мой долг. Кто-то из этих несчастных может пожелать исповедоваться. Но вы, сестра Кармела, вы тоже должны исполнить свой долг и передать его святейшеству эти записки… Главное — уберегите их от морской воды!
Бедно одетый мальчик лет тринадцати усадил в лодку маму — полную, круглолицую женщину в строгом синем платье и тщательно накрахмаленном чепце — и с ней троих младших братьев, а сам отошел к стоящим в стороне мужчинам.
— Нет, Фриц, пожалуйста! — кричала несчастная женщина. — Пожалуйста, господа, он же еще совсем мальчик! Господин офицер, помогите мне! Скажите ему, чтобы он садился в лодку!
— Садись в лодку, парень. Не заставляй ждать, — бросил ему, не глядя, офицер.
— Лодки — для женщин и детей, господин офицер, — спокойно ответил мальчик, не двигаясь с места.
Заскрипела лебедка…
— Да, — грустно кивнул Рилиан. — Я уже такое видел. Это разрывает даже мое холодное рыбье сердце… Но что можно сделать, Мириэль? У них почти нет шансов на спасение. Я послал своих дельфинов на разведку сразу, как только услышал от них о кораблекрушении… Ни одного судна меньше, чем в четырех часах пути! К тому времени этот прекрасный корабль будет на дне вместе со всеми, кто не успеет сесть в шлюпки.
— Неужели совсем нет надежды для них? — прошептала сквозь слезы Мириэль.
— Здесь совсем недалеко дрейфует рыболовная флотилия… Но у них нет рации.
— Нет чего?!
— Тонущий корабль передает специальный сигнал. Этот сигнал перехватывают другие корабли и спешат на помощь. Уже сейчас спешат… Но все они слишком далеко, чтобы успеть. Рыболовная флотилия очень близко, они бы успели… Но у них нет рации. Они не услышат сигнал бедствия. И они слишком далеко, чтобы понять, что здесь происходит. Конечно, они могут заметить сигнальные ракеты… Но я сомневаюсь. Они скорее всего примут ракеты за обыкновенный салют в честь бала на борту какого-нибудь корабля! Теперь подобные балы с салютом в открытом океане случаются часто.
— Откуда ты знаешь, что флотилия…
— Дельфины. Я же говорю, что сразу же послал их на разведку во все стороны, и один принес весть о рыбаках. Но рыбаки не понимают языка дельфинов. Даже эти… Они не станут гарпунить моего дельфина, но и не последуют за ним. Они сочтут, что дельфин их просто приветствуют.
— Но откуда ты знаешь, что эти рыбаки не смогут принять сигнал бедствия?! Может, как раз у них есть эта самая… рация, да? — Мириэль никак не хотела расстаться с надеждой.
Но Рилиан отрицательно покачал головой.
— Нет. Как раз у них нет рации. Я знаком с ними. Я знаком со многими рыбаками. Ну, с теми, кто не пугался моего появления и не пытался сразу же меня подстрелить или запутать в сетях, чтобы потом выставлять на ярмарке. А именно с этими рыбаками, они ходят под началом хромого Билла Спаггинса, они заходят далеко в море, и сейчас они почти что близко… С ними я даже подружился. Билл Спаггинс — удивительный человек, Мириэль! Он вовсе не похож на других рыбаков, он прочел множество книг о всяких путешествиях и открытиях, и рассказывал мне… Много интересного он рассказывал! Мы даже планировали отправиться в путешествие вместе. Он — на яхте, я — под водой. Дело стало только за яхтой, Билл пока на собственную яхту не заработал, по крайней мере, на такую, какую он хочет, а его рыболовецкое судно, его «Красотка Клементина» для путешествий не очень-то годится… А мне не терпелось и я решился отправиться один — вроде как, разведать. Ну, остальное ты знаешь! — Рилиан рассмеялся и покачал головой, словно дивясь собственной глупости: — Знаю, нам запрещают общаться с людьми… Но поверь мне, Мириэль, это так интересно! Впрочем, кому, как не тебе, знать об этом… Хоть ты и не общалась до сих пор с людьми, ты к ним неплохо относишься, верно? От них можно узнать много такого, что нам, морским жителям, кажется просто невероятным! О жизни на суше. И о больших пресных водоемах… Они все рассказывали мне много славных историй, не только Билл. А я пригонял им косяки рыб. Океан ведь не оскудеет от этого, верно? Это запрещено, но ведь никто даже не замечал… А для них это было серьезной помощью. Я давно уже с ними не виделся — с тех пор, как мне запретили покидать гроты.
— Рилиан, — начала было Мириэль, не отрывая испуганного взгляда от корабля: ей хотелось как-то отвлечь Рилиана от милых его сердцу, но столь несвоевременных сейчас воспоминаний.
Но Рилиан перебил ее, спросив с печальной усмешкой:
— Я вот думаю: стоит ли заплатить вечным изгнанием за спасение всех этих людей?
Корабль глубже осел в воду и все сильнее заваливался на левый борт. А на воду спускалась очередная лодка. И сидящие в лодке женщины тянули руки вверх, к палубе, на которой остались их мужья, сыновья, отцы, братья. И слышались голоса, на разных языках повторявшие:
— Прощай!
— Люблю тебя!
— Не забывай!
— Прости меня!
— Передай маме, что я…
— Расскажи сыну, о том, как…
