Люди бежали из центра на окраины. Все с тревогой смотрели на небо: не появятся ли вновь японские самолеты. Посреди улицы Ан с ужасом увидела трупы, их еще не успели убрать. Под фонарным столбом, скорчившись, лежал человек, у которого не было головы. Промчался грузовик с солдатами.
Ан продолжала идти, ничего не соображая. И вдруг она почувствовала смертельную усталость. Перед глазами у нее замелькали яркие круги, голова закружилась, и, боясь упасть, она прислонилась к дереву, а потом опустилась на землю. В небе снова послышался нарастающий вой моторов, снова загрохотали орудия. Люди вокруг мгновенно исчезли. Но Ан продолжала сидеть, не в силах уже подняться с земли.
— А-ан!
Голос брата вывел ее из оцепенения. Сон схватил сестру за руку и уселся на землю рядом с ней. Самолеты с жутким ревом проносились над головами, едва не задевая крыши.
— Я услышал взрывы и кинулся тебя искать. Пойдем домой!
Сон помог Ан подняться, и она пошла, опираясь на его плечо. Улицы словно вымерли. Но на перекрестке Ан-зыонг, где начинался пригород, они увидели огромную толпу. Люди стекались сюда со всех улиц, чтобы выбраться на дорогу, ведущую в Киен-ан. Неизвестно откуда поползли слухи: «Японцы уже в До-соне! В До-соне идут сильные бои!»
Вход на мост запрудили тележки, повозки, люди, казалось, протиснуться сквозь этот плотный живой заслон невозможно. Каждый старался проскочить скорее узкое место, напоминающее бутылочное горлышко. Сразу же за мостом зеленели заросли тростника и рисовые поля. Каждый хотел поскорее добраться туда.
Две машины, набитые французскими солдатами, подъехали со стороны центра, сигналами требуя очистить дорогу. Толпа заволновалась. Люди теснились, пытаясь освободить проход, но ничего не получалось. Офицер вытащил из кобуры пистолет и несколько раз выстрелил в воздух. Наконец машины проехали.
Людской поток затянул Ан и Сона. Сон крепко держал сестру за руку. Со всех сторон на них напирали, но в конце концов они миновали этот затор.
Ан старалась не отставать от брата, но вынуждена была часто останавливаться, не давала идти боль в животе.
— Сон, не беги так, Сон!
Прямое как стрела асфальтированное шоссе, обсаженное по обеим сторонам деревьями, проходило среди полей и камышовых зарослей. Толпа стала постепенно редеть. Люди группами сходили с дороги, чтобы укрыться в зарослях камыша. Они поглядывали в сторону Хайфона, стараясь понять, что там происходит. Но там было тихо. Только дымная пелена стлалась над городом. Это дымили трубы цементного завода.
Снова рев самолета! Людей мгновенно смело с шоссе. Они кинулись в поле, бежали по грудь в рисовых колосьях. Ан и Сон спрятались под деревом. Со стороны Киен-ан, раскинув крылья, приближалась черпая птица, она летела над кронами деревьев... Ан побледнела. У нее бешено заколотилось сердце. Она смотрела на несущуюся прямо на них громаду, и ей казалось, что вот-вот из-под его брюха опять полетят черные капли... Ви-и-у‑у!.. Самолет пронесся над их головами. На крыльях были ясно видны зловещие красные пятна.
Сон снова потянул сестру на дорогу. Мост был теперь совсем недалеко. Ан, превозмогая усталость, из последних сил тащилась за братом.
— А француз притих, боится пошевелиться! — произнес кто-то впереди.
— Интересно, как там в До-соне...
У моста все невольно обернулись. К мосту приближался мотоцикл с коляской, за ним шла легковая машина, в которой сидели французские офицеры. Блеснули золотом погоны. Впереди, на радиаторе, трепетал белый флажок. Но, словно опасаясь, что маленький флажок может быть не замечен, офицер, сидевший в мотоцикле, размахивал белым полотнищем, прикрепленным к длинному шесту.
«Французы сдаются!» — догадалась Ан.
Страх, преследовавший ее с самого утра, сразу прошел. О, почему с нею нет Кхака! Вот бы он посмотрел, как сдаются в плен французы! Нет, она не может оставаться на месте, она должна подойти ближе, чтобы своими глазами увидеть эту картину: французы сдаются японцам!
За мостом она сказала брату:
— Пройдем еще немного по дороге.
Мотоцикл и легковая машина унеслись вперед.
Солнце стало припекать. Они подошли к чайной, и Сон сказал:
— Здесь уже не страшно. Отдохнем немного.
Перед чайной, крытой соломой, крестьяне окружили нескольких велосипедистов, приехавших из Хайфона. Те рассказывали об утренней бомбежке. Ан раскраснелась от жары и усталости, она залпом выпила несколько чашек чаю. И тут послышался странный рокочущий шум, который нарастал с каждой минутой. Все решили сперва, что это самолет, но нет, это было что-то другое. И снова люди высыпали на шоссе. Кажется, это автомашины, они идут из Тхай-биня. Рокот приближался, показалась первая машина, выкрашенная в желто-бурый цвет. Нет, это
//нет стр. 400, 401
не успели. И конечно, ничего другого им и не оставалось, как сдаться. Да, азиатам хитрости не занимать!
Сон никак не хотел уходить, ему все надо было знать, все посмотреть.
— Пойдем, Сон, пойдем!
— Сейчас. Все спокойно, зачем спешить? Я еще не хочу есть.