В XIV–XV веках около 40 % всех городов ВКЛ находились в частной собственности феодалов. Иногда частные владельцы скупали участки в самоуправляющихся городах и распространяли свою юрисдикцию на всех, кто жил на этой территории, — такие «
Первым в ВКЛ магдебургское право получил Брест (1390 г.), а к середине XVI века его имели практически все крупные города Великого княжества Литовского. Городское самоуправление в ВКЛ представляло собой довольно сложное учреждение. Его главными структурными элементами являлись войт, лентвойт, лавники, бурмистры, радцы. Для осуществления своих функций городское самоуправление располагало рядом должностных лиц, действовавших по указанию и в соответствии с решениями рады (совета), но непосредственно подчинявшихся войту, а также назначаемым им лентвойту и бурмистрам. К ним относились писарь, шафары, ведавшие сбором налогов, «слуги меские», несшие полицейскую службу, инстикгаторы, контролировавшие деятельность членов рады. В распоряжении самой рады находилась тюрьма, гостиные дворы, рынки, городские весы, которыми ведали назначенные радой служебные лица. Вся деятельность местной администрации была под постоянным контролем высших и дворных урадников отраслевого управления, посылавших на места с целью контроля специальных должностных лиц (ревизоров, сборщиков налогов, референдария и др.).
В момент выборов нового состава рады и отчета старой о себе как о высшем органе в какой-то мере заявляло и общее собрание горожан. Исходя из текста магдебургского права, однако, можно предположить, что фактическая роль городской общины здесь носила скорее формальный, нежели действенный и активный характер, так как во главе рады стоял войт, назначаемый великим князем. Правда, на основе грамот о предоставлении магдебургского права, выданных городам ВКЛ, такой вывод часто сделать нельзя. Роль собрания мещан как активной силы часто признается в грамотах, выданных не только крупным, но и небольшим городам и даже местечкам. Активное отношение собрания мещан к выборам должностных лиц и порядку избрания самоуправления зафиксировано в актовых записях Минска, Могилева, Полоцка и Слуцка. Таким образом, напрашивается вывод, что, принимая магдебургское право, многие города ВКЛ, прежде всего на территории современной Беларуси, продолжали опираться на прошлый опыт организации самоуправления во всех тех случаях, которые не регламентировались этим правом. Однако со временем процесс унификации применения норм магдебургского права набрал силу, что подтверждает практика организации городского самоуправления в Орше, Могилеве, Витебске, Гродно, Полоцке, Новогрудке и Мозыре, бытовавшая в конце XVI — первой половине XVII века.
Судопроизводство по уголовным делам в городах осуществляли судебные коллегии (лавы), состоявшие из войта и выборных присяжных — лавников. Главная роль при их избрании принадлежала, по-видимому, не общине, а магистрату. Критериями для избрания лавников были срок проживания в городе и, так сказать, общественная польза от них городской общине. Число лавников могло быть различным, но заседание суда должно было происходить в присутствии не менее половины от общего количества присяжных. Судя по тексту магдебургского права, функции лавников исчерпывались участием в суде войта, который руководствовался магдебургскими узаконениями, так называемым Саксонским зерцалом, предусматривавшим за преступления суровые наказания: повешение, посажение на кол, утопление в воде, четвертование и другие членовредительские казни. Городской суд распространялся только на мещан. Дела шляхты рассматривал великокняжеский и воеводский суды.
