Волочная помера имела далеко идущие последствия, и ее воистину можно приравнять к экономической революции (по большому счету она даже легла в основу земельной реформы П.А. Столыпина в начале XX века). Благодаря новой сельскохозяйственной политике великий князь и дворяне существенно увеличили доходы с крестьянских хозяйств. Что же касается крестьян, то для них реформа означала разрушение традиционных форм ведения хозяйства и основных представлений о правах на землю. Она в корне изменила их образ жизни. Создание нового типа поселений имело целью ликвидацию всех прежних форм совладельческих крестьянских объединений. В большинстве случаев крестьяне должны были переезжать из своих деревень на новые участки — волоки, полностью порвав со старыми обычаями и привычным соседским окружением. Теперь каждый крестьянин был непосредственно подчинен должностному лицу великого князя или вельможи (войту), управляющему фольварком, который, чтобы выжать больше дохода с крестьянских хозяйств, мог налагать на них больше обязательств. С конца XV, а в особенности с начала XVII века стало нормой требовать с малой крестьянской семьи, поселенной на половине волоки, три дня барщины в неделю. Семьи, владеющие полной волокой, должны были отработать четыре (если имели собственных лошадей) или пять (если лошадей не было) дней в неделю. Крестьянские повинности на землях, не затронутых реформой, особенно в приграничных районах вдоль Днепра, к югу от Киева и к востоку от Днепра, до Дикого поля, были полегче.
Волочную земельную реформу (волочную померу) планировалось проводить поэтапно в течение нескольких лет. Первоначальные цены на землемерные работы и переселение были высокими. Также требовалось время для приспособления крестьян к новым условиям. Однако вскоре затраты на реформу себя оправдали. К 1566 году в великокняжеских владениях, расположенных в поветах Вильни, Троки и Жемайтии, было нарезано 57636 волок (более 1000 000 га). Следует заметить, что волочная помера проводилась во время важных изменений в национальной экономике Великого княжества Литовского. Товарное сельское хозяйство было сориентировано на постоянно растущие потребности западных рынков, и это стимулировало производство. Основные поставки с государственных земель на Запад составляли зерно и древесина. Из Жемайтии эта продукция перевозилась в Ригу и продавалась немецким, голландским, датским и другим западным купцам. Из района Вильни и прилегающих территорий товар переправлялся в Полоцк и другие порты на Западной Двине, а оттуда сплавлялся на кораблях в ту же Ригу. Еще в 1547 году экспорт древесины стал государственной монополией. Волочные земельные поселения являлись краеугольным камнем аграрной системы в Литве и в значительной части Западной Руси на протяжении следующих трех веков.
Вскоре после начала волочной померы начал разрастаться серьезный международный кризис, который сильно ударил по казне и армии Великого княжества Литовского. Кризис явился результатом столкновения интересов ВКЛ и Московского царства в Прибалтике, после того как Иван IV всерьез занялся балтийской проблемой (Москва рассчитывала прочно закрепиться на Прибалтике и полностью взять под свой контроль Великий волго-днепровский торговый путь из Европы в Персию, Китай, Индию и Турцию). Сделать это, не ущемляя интересов Великого княжества Литовского, было невозможно — Ливонское рыцарское государство давно было в зоне его политических и экономических интересов. Через Ригу шла добрая половина экспорта ВКЛ в Западную Европу, а Москва рассчитывала укрепиться на Балтике именно за счет Ливонии, взяв в том числе под свой контроль рижскую торговлю. Так что конфликт интересов был налицо. К тому же он подогревался старыми обидами и претензиями друг к другу. Но вопрос состоял в том, что, даже если бы Великое княжество Литовское мобилизовало все свои военные и финансовые ресурсы, оно вряд ли смогло бы в одиночку противостоять Москве. Поэтому, принимая угрожающие очертания конфликта, ВКЛ старалась, во-первых, как можно дольше оттянуть его дипломатическими методами и маневрами, а во-вторых, заручиться активной поддержкой Польши.
