Если опытный животновод, подбирая своих производителей, постепенно улучшает ценное для него качество и даже создает новые породы скота; если агроном, отбирая нужные ему экземпляры растений, создает новые типы полезных для человека разновидностей, то невольно напрашивается вопрос, нельзя ли перенести эти законы и на человеческую породу. Ведь мы тоже животные высшего порядка. Правда, мы, как принято говорить, цари природы постольку, поскольку мы ее познаем, но ведь мы часть этой самой природы. Законы последней действуют в нас так же, как в изучаемой нами раковине или инфузории, и, быть может, только усложняются до чрезвычайности.
«Мы, культурные люди, прекрасно знаем все недостатки нашего поколения. Ясно, что каждое поколение имеет громадное влияние на природные дарования последующих поколений, и можно утверждать, что мы обязаны перед человеческом исследовать пределы этого влияния и пользоваться им так, чтобы, соблюдая благоразумие в отношении к самим себе, направлять его к наибольшей пользе будущих обитателей земли» (Гальтон).
Как, скажет читатель, наука хочет присвоить себе право вмешиваться в наследственность среди людского общества? Чего доброго, она ворвется в наш дом и начнет подрывать основы семейного очага! Государство наложит свою руку на область взаимных влечений и на самую любовь! Это невозможно, недопустимо, непозволительно!
«Постараемся разобраться в этом вопросе хладнокровно. Мы посвятим себя этой задаче, не заботясь о предрассудках, которые поднимутся против нас. Нам будет все равно, найдет ли демократ Южных Штатов Америки подтверждение или отрицание невольничества в наших исследованиях, или янки, гордящийся своей расой и не позволяющий себе сесть рядом со своим поваром негром, станет опираться на полученные результаты. Мы пойдем беспристрастно, рука об руку с научным исследованием, а относительно суматохи, которая произведена нами, скажем словами поэта: «громкий лай вам показывает только, что мы двигаемся вперед» (Фогт).
Чтобы ясно представить себе те перспективы, которые открываются теперь перед людьми, верящими в улучшение и оздоровление человечества, нам придется, однако, восстановить в нашем уме главнейшие положения физиологии, касающиеся половой системы и процесса размножения.
Все живое, как мы знаем, построено из элементарных единиц, называемых клетками. Всякое существо состоит из этих, если можно так выразиться, атомов жизни. Разница только в том, что одни живые существа состоят только из одной клетки, другие из массы клеток (многоклеточные организмы).
Создание потомства или так назыв. размножение идет у этих двух типов существ различным образом. Одноклеточное существо, достигнув известной величины, делится на двух себе подобных; клетка-мать превращается в две дочерних клетки. Индивидуальной смерти материнской клетки при этом не наблюдается, а ее тело как бы превращается, переливается в новое поколение.
У многоклеточных существ процесс создания потомства гораздо сложнее. Новое существо может иногда развиться из любой клетки тела, если мы разделим данное животное на отдельные части. Напр., разрезав гидру на отдельные мелкие кусочки, можно видеть, как из каждого из них постепенно вырастут новые гидры.
На более высоких степенях развития живой природы потомство может произойти только от известной группы клеток, выделяющихся в известном месте тела; мы называем их половыми клетками, а органы, в которых они до поры, до времени сохраняются, половыми. Обыкновенно в очень раннем периоде развития тела животного, когда все оно состоит из кучки совершенно одинаковых по внешнему виду клеток, часть клеток дальше не размножается и остается в виде запаса для половой сферы, тогда как все остальные клетки постепенно превращаются в различные органы и ткани.
Многие исследователи склонны даже думать, что все наше тело только служит опорой и охраной для этих половых клеток, так как сохранение потомства есть главная функция природы.
Наследственность может быть нашим другом, она может и помогать нам. Она не должна быть пугалом робких людей, угрожая им ужасными перспективами. Наследственность сохраняет нам не только отрицательные, но и положительные стороны нашего я. Она – серебряная нить, которая связывает ряд поколений в одну общую цепь и при известном умении может вести людей от животного, грубого состояния к все новому и новому усовершенствованию.
Если внимательно и объективно просмотреть труды защитников менделирования признаков на человеческом организме, то следует признать, что не всегда это соответствует теории.
Для того чтобы получаемые нами выводы были достаточно обоснованны, мы должны удовлетворить, в наших исследованиях по наследственности, следующим условиям. Мы должны скрещивать индивидуумов, происхождение которых точно установлено или вообще известно, т. е. пользоваться возможно чистыми расами. Мы должны вести наблюдения на потомстве, которое должно быть возможно многочисленно.
