На этот вопрос специалисты по расовой гигиене дают различные ответы. Брон в своем труде «Les origins socials de la maladie» дает положительный и категорический ответ: да, человеческие расы находятся на пути к дегенерации, и главная причина ее лежит в социальных условиях существования современных культурных народов. Такое крайнее мнение разделяется и некоторыми другими исследователями, например, Аммоном по отношению ко всему обществу в целом или к отдельным его классам.
Другие авторы, наоборот, не усматривают явлений дегенерации в населении Европы, а видимое возрастание стигматов вырождения, как например: увеличение числа душевнобольных, возрастание с года на год процента забракованных для военной службы, повышение самоубийств, сильное понижение рождаемости и т. д., объясняют причинами социального и физиологического характера. На такой точке зрения стоят Грубер, Шалльмайер, Рюдин и др. Иные исследователи, как Гольдштейн, придерживаются среднего между этими крайними воззрениями.
Следовательно, к моменту возникновения войны вопрос о дегенерации европейского населения оставался открытым. Вполне естественно возникает мысль, не является ли война тем моментом, который вывел население Европы из состояния евгенического равновесия, во всяком случае неустойчивого и с трудом сохраняемого, и толкнул его в сторону бесспорного вырождения? Ответ на этот вопрос попытаемся дать позднее.
Другим важным вопросом, выдвинутым еще Г. Спенсером, наметим следующий: в какой мере естественный отбор, являющийся евгеническим фактором, повышающим ценность расы, устраняется или искажается социальными условиями существования человеческих коллективов и одновременно замещается явлениями контраселекции?
Не останавливаясь на рассмотрении этого обширного вопроса, укажу только, что ответ на него дается, в общем среднем, в положительном духе, т. е. условия человеческих общежитий искажают естественный отбор и дают обширную возможность размножению так называемых «минус-вариантов» или «нисходящих вариаций», иначе говоря – людей, обладающих отрицательными физическими и психическими свойствами. С другой стороны, в человеческих обществах нередко обнаруживается контраселекция в форме контраселекторной элиминации, т. е. устранение ценных элементов вследствие именно их особенной ценности, и контраселекторной селекции, т. е. отбор и переживание малоценных элементов вследствие именно их особенной малоценности. Интересно указать, что Плётц и Гольдштейн в контраселекторной элиминации особенно большое значение придают именно воинской повинности и войне.
Третий основной вопрос, определяющий размер области теоретического изучения и практического применения евгеники, представляется в следующей форме: передаются ли по наследству приобретенные свойства индивидуума?
И на этот вопрос даются диаметрально противоположные ответы. В то время как Ламарк и Дарвин признавали наследование признаков, приобретенных организмом в течение жизни под влиянием внешних воздействий или употребления и неупотребления. Вейсман и его школа совершенно отрицают возможность передачи по наследству приобретенных свойств. Если встать на точку зрения Вейсмана, то вся евгеника сводится к культивированию зародышевой плазмы.
Обращаясь к вопросу о наследственности у людей, мы должны прежде всего подчеркнуть, что она подчиняется общим законам менделистического наследования, т. е. правилу доминирования и промежуточного гибридизма, закону расщепления, правилу независимости генов и т. д.
При наследовании патологических уклонений, признаки могут быть так же, как и других организмов, доминантными или рецессивными; к первой группе относятся брахидактилия и полидактилия, гипоспадия, диабет и т. д. К болезням рецессивного характера относятся эпилепсия и слабоумие. Весьма интересную особенность в учении о наследственности и важную в евгеническом отношении составляют такие болезни, как гемофилия и дальтонизм, наследование которых связано своеобразными отношениями с полом.
Наконец, следует указать, что для евгеники большое значение имеют, кроме параллельной индукции, также явления, выражающиеся в воздействии внешних условий существования или различных специфических факторов на зародышевую плазму в смысле изменения ее свойств, хотя бы на протяжении одной или двух генерацией; для таких явлений я предложил бы название генетической индукции, относя к ней различные инфекции, как например, сифилис или туберкулез, далее интоксикации (алкоголизм, промышленные отравления свинцом, ртутью, фосфором), физиологические условия (характер питания, голод, низкая или чрезмерно высокая температура), психические воздействия, как то: длительный страх, беспокойство, заботы и т. д. Изучение многообразных условий генетической индукции должно войти в область нашей науки, а условия эти квалифицироваться, как евгенические.
Сделавши предварительные замечания, обратимся к евгеническому анализу явлений войны, причем под войной мы будем подразумевать совокупность вооруженных столкновений в борьбе национальной, гражданской и классовой.
