Во всех этих теориях, разумеется, многое преувеличено, и они не остались без возражений со стороны антропологов и социологов. Но каковы бы ни были взгляды отдельных авторов, факты, приводимые ими, безусловно, заслуживают внимания, и с этой точки зрения несомненное замещение одного расового типа другим, какое мы наблюдаем с начала XIX века в некоторых областях Франции, безусловно, представляют большую важность. Позволительно спросить, не является ли это сокращение длинноголового населения, которое констатировано Лапужем во Франции, результатом того, несомненно происходящего, как мы констатировали выше, военного отбора, какой имел место в результате долголетних наполеоновских войн. Если мы объективно взвесим разнообразные факты, приведенные школой Аммона-Лапужа, отбросив все их крайности и непроверенные утверждения, и будем в то же время строго держаться биологических принципов, нам представляется, что вопрос должен быть решен положительно, и что военный и интранациональный отбор имеет несомненно интеррасовый характер, т. е. в результате войны происходит сокращение и увеличение не только некоторых неопределенных физических и психических типов, как мы показали это выше, но и определенно расовых типов. Война, таким образом, есть несомненный фактор отбора, но этот отбор осуществляется не между воюющими народами, а внутри их самих, и происходит бессознательно и незаметно, не поддаваясь контролю и воздействию сознательной воли. Т.е., если войне свойственно биологическое значение, то совершенно не то, о котором думают и говорят её инициаторы и защитники. Не к сокращению одного народа на счёт другого ведет война, а к замещению в среде самого народа, одинаково как побежденного, так и победившего, одного расового элемента другим. Этот вывод является вполне объективным; мы пришли к нему путем совершенно независимым от несколько экстравагантных исканий Лапужа. Для безусловных противников взглядов этого автора наш вывод одинаково приемлем. Впрочем, может быть, с одной оговоркой – следует сказать: замещение не «расовых» элементов, а «наследственных», гигиенических и психических, оставляя вопрос – об отношении последних к расовым – открытым. В таком виде утверждение о вызываемом войной замещении биологических типов решается положительно общими биологическими фактами и бесспорными указаниями статистики.
Итак, мы видели, что хотя биологическое значение войны и её роль как фактора отбора являются несомненными, многое в этом вопросе требует ещё длительного изучения. Антропологические исследования в войсках и в населении, тщательная разработка военно-санитарной статистики, исследования в области военной психологии и пр., могут выяснить многое. Может быть, в настоящее время, когда проблемам войны и империализма отводится столь большое место в политических интересах, можно было бы уделить внимание к научной стороне вопроса и приступить к собиранию материалов, могущих всесторонне осветить чрезвычайно важную и сложную проблему войны.
В. В. Бунак
АНТРОПОЛОГИЧЕСКОЕ ИЗУЧЕНИЕ ПРЕСТУПНИКА, ЕГО СОВРЕМЕННОЕ ПОЛОЖЕНИЕ И ЗАДАЧИ
I
Особенности физического типа преступника долгое время занимали центральное место среди криминологических проблем. Интерес к ним был вызван атавистической и дегенеративной теориями преступности и был особенно интенсивен в конце XIX века. С 900-х годов в криминологии получили преобладание другие воззрения, и проблема физического своеобразия преступника значительно утратила актуальность. Лишь в последние годы (Видони, Ратт, Горинг) к ней возвращаются вновь, однако уже по другим теоретическим путям, исходя из данных учения о конституции, наследственности и пр. Вместе с тем большие изменения произошли и в антропологической методологии, и они заставляют критически отнестись к собранному прежними исследователями материалу по антропологии преступников, а равно и к выводам из него как положительным, так и отрицательным. Если с точки зрения современной антропологической науки представляются совершенно бездоказательными выводы Ломброзо и его школы, то в равной мере это относится и к положениям его противников (Бер и др.), пользовавшихся, в сущности, тем же методом, что и Ломброзо. В настоящий момент вопрос о физическом типе преступника должен быть рассмотрен заново и притом на основе новых методов: применения вариационной статистики, морфологического анализа признаков, данных эндокринологии, генетики и пр. В этом направлении сделано еще очень мало, а по отношению к русским правонарушителям и вовсе ничего. Наметить для этого пути их формулировать очередные проблемы и методологию их разрешения составляет задачу предлагаемой работы.
II
