Но ничего не поделаешь. Только сравнивая их, сможем мы увидеть, как мистические речитативы сменяются в них холодными канцеляризмами, огненная проповедь - слогом заурядного делопроизводителя, яростные инвективы против «жидомасонства» - апелляциями к «прогрессивной мировой общественности». Не увидим, иначе говоря, по-своему замечательных метаморфоз Шиманова - из идеолога «патриотических» масс в прагматичного политика, торгующегося с властью. И обратно.
Хоть один образец такой метаморфозы, согласитесь, нужен. Хотя бы для того, чтобы убедить читателя, что я ничего не выдумываю. Итак, терпение. Вот Шиманов - идеолог.
«Россия буквально выстрадала новую теократию. Ведь это же совершенно очевидно, что необходима иная, чем ныне, патриархальная структура общества и новое мистическое отношение к земле. Эта задача не по плечу западной демократии, но кому же тогда она по плечу? Я думаю, что наилучшим инструментом может оказаться та сила, которая с самого начала ополчилась на Бога, власть богоборческая, решившая целый мир перевернуть по своему, - она-то может послужить для славы Божией лучше всего. Я, конечно, имею в виду Советскую Власть с ее, по существу, самодержавным строем, с ее максималистским прицелом и настолько противоречивую по своей природе и по своей идеологии, способную, благодаря этому обстоятельству, трансформироваться от минуса к плюсу и только выигрывать от подобной метаморфозы».
Ключевое слово здесь, конечно, «трансформироваться». Именно его ждали от своего идеолога уралвагонзаводские массы. Нет, они не испытывали особого почтения к советской власти с ее легендарным «Народ и партия едины, раздельны только магазины». Но в то же время были они убеждены, что именно она, эта давно утратившая харизму власть, з ащищает их от враждебного мира, воплощенного в непонятном, но угрожающем термине «сионизм». В том, что мир враждебен России, убедила их сеть поли просвета, ви всемогуществе «сионизма» убедили националис ты. Но во что жь было им верить, бедным массам, если и то плохо, и это плохо? Шиманов, как мы уже говорили, предложил им новую веру - в ТРАНСФОРМАЦИЮ советской в пасти.
Это резко отличалось от того, что предлагали другие. ВСХСОН звал массы к оружию, < Вече» - переселяться в Сибирь, Солженицын - к столь же непонятному, как «сионизм», православному возрождению, идейно измельчавшая Pj сская партия вообще ничего больше не предлагала, только пугала «сионизмом». Короче, националисты проигрывали либералам идейную войну. В ретроспективе тех лет очевидно, что шимановская в°ра в трансформацию советской власти, действительно, была последним шансом националистов. По неразумию они ее отвергли. И заплатили за свою роковую ошибку крушением дорогого им «мистического организма», великой империи, сверхдержавы.
Цел} ю эпоху спустя они загорюют об этой ошибке и будут отчаянно пытаться собрать рассыпавшуюся державу - по осколкам, как разбитую тапелку. Но то, что во времена
Шиманова могло представляться трагедией, будет тогда выглядеть безнадежным фарсом. Нам. однако, важно во всем этом одно: о человеке, который предложил им надежду ко1да еше не было поздно, о Шиманове, националисты забудут. Но история, как говорил Карамзин, злопамятнее народа. Вот мы им о нем и напомним Очень подробно.
Втором Шиманов
И прежде всего о том, насколько изобретательно пытался он продать свои идеи - как массам, гак и власти. До такой степени изобретательно, что. как мы опять же говорили, могло показаться: перед нами не один писатель, а два, поминутно перебивающих друг друга. Шиманова как идеолога масс мы уже слышали. Но вот вам второй Шиманов - заурядный советский ai итпроповец. умеющий не хуже какого-нибудь Куняева жаловаться «родному Центральному комитет)7». Разница лишь в том, что донос Куняева имел целью всего лишь причинить либералам очередную пакость, тогда как Шиманов и в доносе преследует далеко идущие идейные цели. Речь о «Проекте
законодательства СССР о народном обраювании». Автор пытается убедить власть, что клика догма гиков-антирели- гиозников составила его так, что он «принесет огромный гред Советскому государству и уронит в глазах прсгрессив- ной мировой общественности авторитет коммунис гической нравственное ги».
Э Берлингуэр
