– Ты выше, на крышу ищи проход… – Тамара заглянула в ноут. – Вот тебе код для связи с беспилотником… – Она быстро назвала несколько цифр. – Войдешь в его систему и там поставишь засечку. Ну, что встали?
Проход на чердак был когда-то закрыт большой массивной металлической дверью. Ее остатки сейчас валялись на лестнице, на пятом этаже.
Чердак весь зарос пылью, но окна в нем были целы, снега не намело.
Почти сразу же нашелся ход на крышу, забитый толстенными дубовыми досками крест-накрест.
– Тот, кто тут жил, лишних гостей не ждал, – сказал Лешка. – Как откроем?
Я оторвал доски одну за другой, с грохотом и треском, а потом выдернул дверь.
Внутрь влетел сугроб лежалого снега. Вторая половина сугроба осталась снаружи, через нее просвечивало тусклое солнце.
Руками я прокопал дорогу наружу, вылез.
Снега по колено, проваливаюсь в нем, ветер сразу же вцепился мне в лицо.
– Снаружи, – сказал я. – Тут нет ничего, и снега по пояс.
– Обойди крышу, посмотри, есть ли другие входы.
Сканируя перед собой пространство, особенно под ногами, я обошел всю крышу. Нашел еще два хода на нее, одним очень давно пользовались. Но толком ничего не нашел.
На крыше была уложена здоровенная параболическая антенна, сейчас уже не действующая. Когда-то она стояла на решетчатых фермах, но тут что-то случилось. То ли сняли антенну, то ли сбросили, то ли что еще. На вид целая.
Связавшись с Тамарой, я сообщил о находке.
– Посмотри, нет ли к ней каких-то подводок… – сказала Тамара. – Если нет, то возвращайся. Я остальных вызвала, через пару минут подъедут, все тут перетряхнут… Сами до темноты точно не управимся.
Никаких подводок к антенне не шло. Вся аппаратура под ней была давно и полностью разбита в хлам, который за века уже превратился в ржавую труху.
Я огляделся.
Вдаль расстилалась панорама городских развалин. Вот и наши вездеходы, темные прямоугольные коробочки, рядком.
Включил прицел, надвинул на лицо маску.
Посты стоят вокруг вездеходов, некоторые тоже смотрят на меня в прицел. Расстояние не такое уж и большое…
На всякий случай я помахал им рукой, дождался ответных махов.
Дальше, в беловатой снежной дымке, виден лес, откуда мы приехали. Еще дальше болото, сейчас засыпанное снегом, и река. Отсюда почти что и не видна, непонятно, поле это или что-то еще… Нет, река. Точно. А вот это болота, редкие деревца неуверенно торчат из слишком ровной для земли поверхности.
Беспилотник откликнулся на код сразу, развернулась менюшка. Я забил в нее пеленг на текущие координаты и дал на запоминание. Беспилотник сразу же поправил координаты, запомнил, прислал «ок» и отключился.
Когда я вернулся, Тамара в сопровождении Ленки как раз оглядывалась в огромном кабинете. Судя по оторванной и валявшейся на входе табличке, это как раз и был кабинет «генерального директора». Разгрома нет, все вроде бы на своем месте, но на стене размашисто черной краской написано «В следующий раз откушу яйца». И жирной чертой подчеркнуто.
– Ого, тут были поклонники экстремального минета? – усмехнулся Лешка.
Тамара одарила его хмурым взглядом и спросила:
– Кто в старой технике разбирается? Вот ты вроде бы по половине образования техник? Что скажешь? – Она сделала приглашающий жест.
Я только теперь заметил, что на шикарном столе застыл древний компьютерный экран. Это не ноут, а что-то куда как более древнее! Провода от экрана ведут под стол, где покрывается кучей пыли вычислительный блок. Массивный, серьезный, высотой мне по пояс, и на четырех колесиках, чтобы перемещать можно было.
– Мне кажется, что тут не хватает памяти. – Я осторожно смахнул пыль с лицевой стороны, обнажив прямоугольную дыру по центру блока. – Вот тут должны были стоять запоминающие устройства, их нет.
– Так. – Нахмурилась Тамара. – Пока тут не оказалось много лишних людей, давайте подумаем. Это, все всякого сомнения, административное здание. Значит, тут могла быть компьютерная сеть?
– Могла, конечно, – сказал я. – Они и в СССР использовались… Тамара Михайловна, я вот что думаю. Если отсюда кто-то пытался эвакуироваться, то все ценное они могли захватить с собой, в том числе и устройства хранения данных. Не перекачивать данные, а физически унести. Там, внизу, БТР и еще какая-то техника. Может, их проверить?
– Точно. Орден тебе дам когда-нибудь за сообразительность. Пошли!
На выходе столкнулись с подъехавшим вездеходом. Народ из него уже начал выходить и распределяться по территории. И Тамара сразу же взяла их в оборот.
– Так, вот ты, ты и ты – а ну-ка, копаем вот тут!
Откопать технику много времени не заняло. БТР и два шестиосных грузовика с длинными капотами и здоровенными коробами кузова, которые моя система не опознала. Лазером срезали люк, зашли.
Внутри все осталось на своих местах, даже патроны в пулемете, с палец размером, в зеленоватых от времени гильзах. И даже пара шинелей висела на петлях около сиденья водителя, сейчас уже совсем съеденных пылью. Стоило прикоснуться, как шинели осыпались на пол мелкими обрывками.
Кузов одного из грузовиков пуст тоже, а в другом…
– Тамара Михайловна, тут какая-то бумага! В ящиках!
