Русские полностью

Дома жизнь семьи практически вертится вокруг ребенка, особенно если он еще маленький. Поскольку в большинстве городских семей есть только один ребенок, вся привязанность и суетливая опека, на какие только способны русские родители, сконцентрированы на этом маленьком существе. «Они обращаются с нами так, словно мы — куклы, а не люди», — пожаловался на редкость самостоятельный 14-летний мальчик. Этому мальчику хотелось чувствовать себя более взрослым, но, как правило, детям нравится, что их балуют. Наша учительница русского языка обожала наряжать свою двухлетнюю дочурку Лизу в плиссированные юбочки и повязывать ей волосы бантом из белого органди. Отец баловал Лизу, покупая ей бесчисленное множество экстравагантных игрушечных зверюшек и кукол, в основном импортных, хотя импортные вещи — роскошь, которую он гораздо реже позволял себе или жене.

Одна моя русская собеседница, специалист по истории искусства, попыталась определить различие в том, как балуют детей у русских и у американцев. «Вы позволяете детям делать то, что доставляет им удовольствие, а мы даем им то, что доставляет им удовольствие. — сказала она, — и наши дети растут эгоистами. Нередко это объясняется тем, что родители прожили трудную жизнь, и им хочется, чтобы детям жилось легче. Но в конце концов, дети начинают воспринимать это как должное и не ценят такого отношения. Одна моя знакомая работает в трех местах, что позволяет ей тратить заработанные таким тяжелым трудом деньги на лучшие наряды для своей дочки. Сама мать одевается очень скромно. Для себя ей ничего не нужно. А дочь считает, что у нее и должно быть все самое модное, и даже не испытывает благодарности. В других семьях детям достается самый лакомый кусочек за столом. Если в доме появляется что-нибудь особенно вкусное, это обязательно откладывают для ребенка». И действительно, мы были знакомы с одной семьей, очень хорошо обеспеченной (отец занимал высокий пост в министерстве), где шестилетний мальчик почти ежедневно получал черную икру. Как и многим маленьким детям, ему не нравился вкус икры, и он артачился и не хотел ее есть, а сидящие рядом взрослые только с завистью глотали слюнки. Все придерживаются традиции, что лучшее нужно отдавать детям. Потакая всем прихотям детей, их в то же время безгранично опекают.

Самым наглядным проявлением этой родительской опеки является чрезмерное кутание детей перед их выходом на прогулку. Ребенка превращают в шагающий кочан капусты, напяливая на него несколько свитеров, которые, как правило, ему велики, и надевая сверху меховую шубу на два номера больше нужного размера, туго подпоясанную затем шарфом. Я никогда не мог толком понять, как эдакому, превращенному в ходячий шар, человечку удается двигаться, но зато родительская потребность в защите своего чада удовлетворяется при этом полностью. Я часто видел, как в парках бабушки сидят на кончике скамейки, чтобы в любое мгновение поставить малыша на ноги, если его непослушная попочка опустится на песок в песочнице. Как только русский малыш научился ходить, он должен в совершенстве овладеть искусством приседания на корточки, чтобы избежать прикосновения к холодной земле, чего так боятся старшие. Если крошка играет в снегу, родители стоят над ним, готовые в любую минуту прийти на помощь. Семи-восьми- или девятилетнего ребенка в школу нередко провожает бабушка, которая обычно ждет пока он разденется. Меня поразило, что в общественном месте очень редко можно встретить ребенка младше 10–11 лет, не сопровождаемого взрослыми. Русские родители удивлялись, что мы позволяли Дженни в возрасте восьми-девяти лет ездить на автобусе одной или вместе со Скоттом, которому было тогда пять-шесть лет, даже если они ехали в Американское посольство, до которого было всего несколько остановок.

Если ребенок где-нибудь потеряется, русские принимают на себя коллективную ответственность за него. Тут же появляются руки, готовые поддержать его и защитить. Однажды мы катались на коньках на небольшом катке в Парке им. Горького и оставили маленькую Лесли играть в снегу у края катка, в таком месте, где мы все время могли ее видеть. Какая-то русская мамаша сорвалась со скамейки, чтобы подобрать ее. Когда Энн подкатила к ним, женщина помахала ей — катайтесь, мол, дальше, и добрых полчаса выполняла обязанности добровольной няни: она усадила Лесли к себе на колени и развлекала ее вместе со своими детьми, а Энн могла пока спокойно кататься.