Позднее от более серьезных покупателей я узнал, что прыганье из очереди в очередь допускается только при покупке обычных товаров. Если же появляется что-нибудь дефицитное, «обстановка накаляется», как объяснили мне многие женщины. «Люди знают по собственному опыту, что, пока они стоят в очереди, товары кончаются, — говорила молодая блондинка. — Так что, если стоит очередь за чем-нибудь действительно стоящим, а вы уйдете надолго, люди будут очень недовольны. Они выйдут из себя, начнут вас ругать и постараются не пустить обратно в очередь, когда вы вернетесь. Сохранять ваше место в очереди может только тот, кто стоит за вами. Поэтому попросить кого-нибудь об этом — серьезное дело. Этот человек берет на себя моральную ответственность не только за то, чтобы потом пропустить вас впереди себя, но и за то, чтобы защитить вас перед другими. Сами вы тоже должны быть упорны и настаивать на своем, несмотря на оскорбления и недоброжелательные взгляды. Если «в одни руки» отпускается неограниченное количество дефицитного товара, то, когда подойдет ваша очередь, вам доведется услышать крики стоящих позади, за шестым или восьмым человеком от вас, о том, что вы не должны брать так много, что у вас нет совести или что вы не считаетесь с другими людьми. И может возникнуть не очень приятная ситуация».
Этот дух борьбы, состязания, царящий в магазинах, создает на поверхности русской жизни какое-то искусственное напряжение, которое, как ничто другое, отделяет рядовых людей от элиты. Как-то один американский журналист сравнил эти магазинные страсти с муштрой, которой сержанты подвергают новобранцев, чтобы сбить с них спесь. При этом он имел в виду угрюмое высокомерие продавцов, плохо оплачиваемых, часто перегруженных, а то и просто ленивых. Русские рассказывают бесчисленные истории о том, как в ресторане пришлось дожидаться целый час, пока официантка приняла заказ, а потом еще полчаса, чтобы узнать от нее, что заказанного вами блюда нет. В Ташкенте одна пожилая женщина рассказала мне о том, как простояв в длинном хвосте за мясом, она должна была, когда подошла ее очередь, прождать еще минут пять, пока продавец разговаривал со своим приятелем о спортивных состязаниях; когда она попросила дать ей мясо определенного сорта, продавец с раздражением повернулся к ней и сказал: «А может, вам еще его и в рот положить?» Грубость продавцов — настолько типичное явление, что один из ведущих советских эстрадных актеров Аркадий Райкин с неизменным успехом показывает сценку, в которой продавщица, полностью игнорируя просьбу какого-то рохли (вроде Каспара Милктоста[13]) посоветовать, что купить в подарок женщине средних лет, навязывает ему игрушечную пушку. Такое поведение советского продавца — неотъемлемая черта советской торговли. «Вас много, а я один, чего ж мне торопиться? Все равно будете ждать, никуда не денетесь — так рассуждают продавцы, — объяснил мне один служащий. — И они, конечно, правы. Куда же еще пойдешь, если то, что вам нужно — у них в руках?»
Во многих магазинах покупатели не могут подойти к полкам с товарами, так как отделены от них прилавком; вот и приходится ждать до тех пор, пока продавец не соизволит вас обслужить. Исключением являются булочные. Там для покупателей предусмотрены металлические вилки, которыми проверяется свежесть хлеба. Но в больших универсальных магазинах в отделы женской одежды, детской обуви или спортивных принадлежностей, огороженные канатами, покупателей пропускают маленькими группами, за которыми внимательно следят. Появление продовольственных магазинов самообслуживания положило начало некоторым изменениям, но новшества прививаются здесь чрезвычайно медленно, отчасти потому, что русские очень верны своим привычкам. Так, например, в двухэтажном продовольственном магазине на проспекте Калинина, в центре Москвы, я заметил, что такие продукты, как мука, сахар, макароны, люди покупают в расфасованном виде, а молоко предпочитают брать разливное, принося с собой для этого из дому бидоны и выстаивая очередь к продавщице, вместо того, чтобы взять с прилавка бутылку или пакет с молоком, хотя это заняло бы значительно меньше времени. Некоторых покупателей отпугивает оскорбительная, по их мнению, выборочная проверка сумок, введенная в магазинах самообслуживания для борьбы с воровством.
