Эпоха Ивана Грозного разрешила кризис положительно, и этим определила путь России более чем на век. Отныне России могли грозить только врéменные спады, поскольку важнейшая точка бифуркации была пройдена Россией в эпоху Ивана Грозного в исторически верном и перспективном направлении – в сторону централизованного государства.
Под знаком этого факта и жила постивановская Россия. И имеет смысл вернуться к этому факту ещё раз.
Иван Грозный рано осознал свои исторические задачи. Конечно, сам он так на свою роль не смотрел, тогда и понятия такого – «исторические задачи» не существовало. Но Иван желал быть сильным самостоятельным государем во главе сильного самостоятельного государства.
Как он мог этого добиться?
Алгоритм был достаточно очевиден – если уметь видеть, а Иван умел. Причём не он ведь один смотрел на актуальные проблемы и задачи Руси верно – одиночка даже на троне никогда ничего не сделает. У Грозного были и единомышленники, и соратники, хотя мало кто из них смог удержаться на высоте задач так, как это смог сам царь.
Сильная Русь уже возникала до Ивана IV, но при Иване IV могла сохраняться и развиваться лишь как единое централизованное государство, а этому мешали внешние враги с Востока и Юга, а также внутренняя оппозиция княжат и крупных феодальных княжеских боярских родов.
Значит надо было ликвидировать обе помехи настолько, насколько это было возможно.
В результате прилегающие к русским землям и объективно входящие в Русское геополитическое пространство Казанское и Астраханское ханства были завоёваны и присоединены, а Крымское ханство – относительно нейтрализовано. Относительно постольку, поскольку крымчаки представляли собой тогда проблему, до конца не разрешимую. С одной стороны они, как и монголы, не имели цивилизационных перспектив, жили набегами, и поэтому представляли из себя чисто военную разрушительную силу. С другой стороны, они могли лишь досаждать, уже не угрожая Руси гибелью.
Разгромить же внутреннюю владетельную оппозицию Иван и его единомышленники могли, лишь опираясь на
Ликвидация силы древних владетельных родов была выгодна для царя и общества двояким образом. Во-первых, уничтожались «самость», раздробленность, своевольство… Во-вторых, после перемещения бояр на другие земли с меньшими наделами, освобождались крупные земельные площади и поместья, которые можно было разделить между мелкими феодалами, поддерживающими царя.
Перевод бояр с их исконных земель на новые – «перетасовка» их, лишала их и поддержки их бывших крестьян и «подданных», которые при случае могли составить значительное войско. Иными словами, подрывались политические традиции вотчины – структуры по сути своей сепаратистской.
Новое внутреннее положение государства требовало и нового государственного аппарата – единообразного и управляемого на всех уровнях, от центрального до местного. Он должен был заменить прежнюю пёструю и раздробленную вотчинную администрацию.
Ликвидация раздробленности была выгодна торговым кругам, да и промышленным кругам был выгоден сильный царь как гарантия от произвола князей и бояр.
Кроме того, по мере усиления государства естественным образом возникала задача возврата в состав России захваченных Литвой и Польшей русских земель – и для усиления Руси, и для новых земельных «дач», а также задача обеспечения удобных и коротких путей через Балтику для торговли и связи с Европой.
Вот что должен был сделать Иван Грозный.
Он это и сделал, а опричнина и казни были лишь способами решения назревших задач – способами, в соответствии с нравами и обстоятельствами эпохи, действительно жестокими. И имеют ли либералы право винить Ивана за это, если сегодня якобы цивилизованные президенты и премьеры спокойно допускают массовое избиение мирного населения в самых разных регионах планеты, включая Донбасс, где только за 2014 год было убито больше невинных людей, чем за всё время царствования Ивана Грозного.
Причём Иван не хотел рубить головы ради жестокой забавы или лишнего миллиарда долларов в кармане – он хотел строить и созидать. И в той мере, в какой он это мог делать, он это и делал. И если бы все владетельные крупные феодалы думали о мощи, силе и развитии Руси под рукой могучего царя, а не пытались конкурировать с царём, то не было бы и срубленных голов.
