С Калиты началось уверенное возвышение Москвы, но уже Даниил действовал в том же направлении. Ломоносов писал о нём: «Данило Александрович московским великим князем именовался первый»… Вскоре после Дмитровского съезда Даниил присоединил к Московскому княжеству входившую в Рязанское княжество Коломну, которая запирала устье Москвы-реки при её впадении в Оку. Затем он пошёл походом на Переяславль-Рязанский и пленил рязанского князя Константина Романовича, увезя его в Москву в почётный плен (уже после смерти Даниила Константин был умерщвлён в 1307 году по указанию сына Даниила Юрия)… После смерти племянника Ивана Даниилу досталось и Переяславское княжество. Территориально Московская земля увеличилась почти в три раза, при этом, как отмечал тот же Ломоносов, Даниил «в нестроение и распри князей российских жил по большей части мирно».
В ночь с 4 на 5 марта 1303 года Даниил скончался в Москве, оставив пятерых сыновей: Юрия, Александра, Бориса, Афанасия и самого младшего – Ивана, будущего Калиту.
Московский стол занял Юрий, который повёл непримиримую борьбу за великий владимирский стол с родственником – великим князем владимирским и тверским Михаилом Ярославичем. Тверь претендовала на верховную роль в Северо-Восточной Руси, нахождение Михаила на великом владимирском столе укрепляло её позиции, однако московские князья тоже претендовали как на владимирский стол, так и вообще на ведущую роль на Руси.
Несмотря на то, что Москва была основана раньше, Тверь в начале XIV века время была крупнее и значительнее Москвы… Кремль, каменные храмы, большое население, монастыри… Тверские князья прочно сидели и на владимирском великом столе…
Могла ли Тверь стать исторической альтернативой Москве? При лично выдающемся тверском великом князе этого исключать было нельзя, но всё та же география была против Твери – стратегическое положение Москвы как естественного центра притяжения оказывалось более удачным.
Конфликт между Москвой и Тверью в начале XIV века, персонифицированный в конфликте между Юрием Московским и Михаилом Тверским тоже оказывался «бифуркационным».
Рязань из борьбы за первенство выбывала, хотя её претензии на «самость» будут живы ещё чуть ли не век. В середине XIV века столица рязанских князей была перенесена из старой Рязани в Переяславль Рязанский, стоящий на высоком холме, опоясанном реками Трубеж, Лыбель и глубоким рвом, их соединяющим. (Сегодня это и есть современная Рязань). Однако первенствующего значения рязанские князья и после этого не обрели.
Тверское, Московское и Владимирское княжества, объединившись под одной рукой и приведя к союзничеству Рязань, составили бы мощную силу. Не будучи готовыми к вооруженному противостоянию со всё ещё сильной Золотой Ордой, объединённая Северо-Восточная Русь могла бы, тем не менее, парализовать литовское влияние в Южной Руси и восстановить русские позиции в Южной Руси, включая Киев и Чернигов.
В случае успеха, можно было бы думать о возврате из-под владычества Польши и Венгрии также Юго-Западной и Западной Руси.
Объективные исторические условия отнюдь не препятствовали подобному развитию событий, и к середине XIV века новая Русь от Карпат до Оки была бы возможна. Постепенная деградирующая Золотая Орда вряд ли смогла бы эффективно противодействовать этому.
Невозможной такую Русь делали субъективные факторы – мелкие собственнические интересы удельных князей и знати. Так, в 1315 году Михаил Тверской инициировал карательный поход совместно с вызванными им ордынцами на Новгород, державший сторону Юрия Московского. Новгородцев поддержал войском Юрий, но без успеха, и тогда Михаилом и «татарами» был подчистую разорён Торжок.
Причём князья и бояре не ограничивались личной враждой, они ещё и разжигали узколобый братоубийственный местный «патриотизм», когда москвич смотрел, порой, на тверича не более дружелюбно, чем на «татарина»…
По мнению Н.С. Борисова, борьба с Москвой не ослабляла Тверь, а лишь поднимала её авторитет в русских землях. В 1317 году Михаил Тверской разгромил у села Бортенево под Тверью карательную экспедицию ордынцев во главе с Кавгадыем и Юрием Московским. Татары сдались, Юрий едва успел уйти в Новгород. Бортеневская победа получила на Руси широкий резонанс, однако серьёзного практического значения не имела, лишь обозлив хана Узбека.
Противостояние князей продолжалось, как и противостояние земель, однако в целом народная масса только приветствовала бы объединение Руси, особенно с учётом того, что городами Русская земля ведь не кончалась, а основательный мужицкий ум не мог не видеть выгод мира и единения между князьями.
