Русские суеверия полностью

Охотящиеся за пьяницами черти поселяются возле оживленной дороги: «на большом тракту́ больше, значит, поживы чертям». «К примеру, едет ночной порой пьяный человек… въедет на мост, что через ростошь сделан, въедет, знамо, не перекрестясь, не благословясь, – черти-то и тут: испугают, окаянные, лошадь… и полетит пьяный с моста вверх тормашкой и сломит себе голову! А это дьяволам и нужно: душа убившегося пьяницы, значит, будет в их руках» (урал.) 〈Железнов, 1910〉.

По мнению крестьян многих губерний России (особенно староверов), вино и табак – изобретение черта. К «чертовщине» некоторые относили также кофе и чай: «Кто кофе пьет, того Бог убьет; кто пьет чай, тот спасения не чай» (см. ПЬЯНЫЙ БЕС).

Согласно распространенной легенде, вознамерившись помешать Ною строить ковчег, черт (бес, дьявол) использует хмель. Он советует жене Ноя положить в питье мужа шишек некоего «вьющегося около деревьев растения» – так появляется первая на земле хмельная брага (волог.). Добавляют, что хмель – растение нечистое и с тех пор вьется против солнца.

Чертенок избегает наказания, обещав Вельзевулу души соблазненных людей. По его наущению строится винокуренный завод. Чертенка прощают, а водка «остается в миру» (новг.). В Орловской губернии также бытовал рассказ о черте – создателе винокуренного завода: «Черт изобрел вино. Он сделал снаряды, стал гнать водку, напустил по всему небу дым. Апостолы перепились. Тогда Бог прогнал дьявола „в три шеи“. Он провалился вместе со своим паровиком – с этого времени и образовался первый винокуренный завод на земле» 〈Померанцева, 1975〉.

Несмотря на шутливый тон таких повествований, пьянство воспринималось как труднопреодолимое бедствие. Дабы избежать его, человек, неизменно сопутствуемый чертом, должен быть все время настороже.

«Черт составляет гипотетическую причину всех явлений, необъяснимых строгим исследованием и научною практикою» 〈Антонович, 1877〉.

От козней черта предохраняют ношение шейного креста, крестное знамение, курение ладаном, молебны, молитвы (и, напротив, матерная ругань).

«Крест на гайтане носят жители на шеях начиная с детства до смерти; такое распятие на груди иногда называется „чертогоном“» (носят также «талисманы в тряпках, мешочках и костяных пуговицах») (арханг. и др.).

Ограждаясь от нечисти, крестьяне не только читали вокресную молитву, но и носили на груди ее список: «Да воскреснет Бог и расточается врази Его и бежит от лица Его, ненавидевшего. Они погибнут, бесы, от лица любящего Бога. Прогонят беса, силу дьявола даровал нам Господ свой крест чесной для прогнания врага и супостата. Радуйся приживотворящим Крестом Господним и помогай мне со Святой Девой Марией с Божьей Матерью и со всеми святыми угодниками во веки веков. Аминь. Аминь. Аминь» (волог.) (это искаженный народный вариант текста молитвы).

Препятствие для черта, как и для других нечистых духов, – рассыпанное семя льна, очерчивание с особыми приговорами; некоторые из трав.

Это прежде всего колючие растения – чертополохи. Переполошная трава, или чертогон, «отгоняет бесов, покойников и всякую нечисть» (для чего ее носят при себе, а в доме кладут под матицу и в других местах) 〈Демич, 1899〉.

Согласно легенде, чертогрыз, чертогон (Morsus Diaboli) обязан своим появлением спору между Богом и чертом. «Черт говорил: „Я палец перегрызу у человека“. А Бог сказал: „Я создам траву, которая может вылечить болезнь“, – и создал. Черт подгрыз корень этой травы, а Бог пустил от нее корешки во все стороны (у чертогрыза, кроме главного, как бы перегрызенного корня, есть еще много корешков потоньше). Так трава и живет без настоящего корня, а народ лечится ею, по аналогии с легендарным объяснением, от укушения бешеной собаки, от ужаления змеей и т. п. укусов. В Приаргунском крае чертогрыз зовут отмычной травой, то есть открывающей замки, а в Великороссии – чертогон-травой, ибо она „гонит бесов, порчу, колдунами напущенную, сурочивает, всякие болезни целит и девичью зазнобу унимает“» 〈Демич, 1899〉.

Если какой-нибудь отчаянный человек решался выстрелить в черта, то должен был помнить, что убить его можно лишь медной (серебряной) пуговицей; хлебной коркой (крошкой). Согласно распространенным поверьям, черт страшился пения петуха; грозы, во время которой Илья-пророк и молнии преследуют нечистую силу, стремясь поразить ее, уничтожить.

И все же крестьяне чаще видели в черте не подлежащее беспощадному искоренению исчадие ада, а неизбежного спутника, которого лучше не злить, не раздражать. Это обусловило популярность поговорок: «Богу молись, а черта не гневи», «Богу молится, а с чертом водится».