Разногласия императора с союзниками по коалиции, надежда на то, что французская революция будет сведена на нет самим Наполеоном, привели к резкому повороту во внешней политике: сближению с Францией и нарушению дипломатических и торговых связей с Англией. Был разработан план совместного похода русской и французской армий в Индию, были направлены в передовом отряде даже донские казаки во главе с атаманами Орловым и Платовым, но успели они дойти только до Оренбургских степей, так как Павла Петровича уже не стало.
Усилившаяся в правление Павла I самодержавная власть была воспринята дворянством как наступление на свои права. Многие новшества вызывали недовольство в обществе. Дворянство не устраивали как сами нововведения, так и то, как они проводились. Своими эксцентричными выходками, непредсказуемостью Павел дал основание для распространения в обществе слухов о своем безумии. Постоянная недоверчивость и подозрительность императора достигли к 1801 г. наибольшей остроты; от них страдали и члены императорской семьи. Заговор против царя созревал фактически с самого начала его царствования, и замешаны в нем, или по крайней мере оповещены о нем, были многие сановники, придворные, высшие офицеры и даже наследник престола Александр Павлович. В возрасте 46 лет в ночь с 11 на 12 марта 1891 г. император был убит заговорщиками в недавно выстроенном Михайловском замке в Петербурге. Похоронен в Петропавловском соборе.
Александр Павлович, старший сын тогда еще будущего императора Павла Петровича и Марии Федоровны, родился 12 декабря 1777 г. Рождение первенца у наследника престола обеспечивало прямое престолонаследие, и, казалось, тревожившие Россию дворцовые перевороты должны были прекратиться. Имя свое Александр получил в честь князя Александра Невского, небесного покровителя Петербурга. Восприемниками при крещении его были император австрийский Иосиф II и король прусский Фридрих II. Поэты того времени — В. И. Майков, В. П. Петров и Г. Р. Державин — приветствовали торжественными одами рождение будущего повелителя России.
Более всех обрадована была рождением Александра его бабка, императрица Екатерина II, всю свою любовь отдавшая внуку-первенцу. Рождение Александра не внесло, однако, мира в царскую семью, а напротив, увеличило рознь между матерью, с одной стороны, сыном и невесткою — с другой. Екатерина решила сама воспитывать внука и отняла Александра у родителей с момента его рождения. Через полтора года, в апреле 1779-го, у Павла Петровича и Марии Федоровны родился второй сын — Константин, которого постигла та же участь. Александр рос и воспитывался вместе с Константином под постоянным присмотром царственной бабки. В дело воспитания внуков Екатерина вложила много ума, сердца и любви, она хотела вырастить их в духе педагогики и школьной гигиены эпохи Просвещения. Она даже написала для внуков «Бабушкину азбуку», немало рассказов-басен (о Февее, Хлоре), «Записки, касающиеся русской истории». Позже она привлекла к этому делу лучшие научные и педагогические силы тогдашней России: академика Палласа — по географии, Эпинуса — по математике и др. Труды их составили два томика ручной библиотеки, так называемой «библиотеки Александра и Константина».
Говорить и писать об Александре стало потребностью Екатерины, ее наслаждением. Судя по ее письмам, будущий император был исключительным, гениальным ребенком: на четвертом году он уже читает, пишет, рисует; в полчаса узнает из географии по глобусу от бабушки столько, сколько учитель Екатерины сумел преподать ей за несколько лет; он знает немецкий, французский и английский языки; на пятом году овладевает многими ремеслами и обнаруживает удивительную склонность к чтению. Екатерина сильно увлекалась и, несомненно, спешила с образованием внука, так как ей не терпелось видеть его взрослым и развитым. Почти с самого начала ребенок получал умственную пищу не по своим годам. Одаренный ребенок улавливал желания бабки и прилагал все старания казаться таким, каким хотела видеть его императрица. Письма Александра к Екатерине, написанные им в семилетием возрасте, то неграмотно на русском, то хорошо на французском языке, обнаруживают уже недетскую, даже льстивую природу: он всегда целует ручки и ножки бабушки, он умеет шепнуть, кому следует, что высшее его желание походить на бабушку как можно больше. И это не удивительно. С того времени, как Александр стал понимать, он видел резкую разницу между бабкою и отцом и должен был нравиться той и другому.
