Время летело незаметно. Прошло всего несколько месяцев с начала её работы в больнице, а Татьяна чувствовала себя уже настоящим врачом, способной профессионально решать возникающие проблемы в лечении пациентов. Характерной особенностью медицинских будней в Израиле являлась постоянная учёба врачей. Постоянная работа над повышением квалификации обретала различные формы. Несколько раз в месяц заведующий отделением профессор Регев делился с коллегами новинками в лечении неврологических заболеваний, раз в неделю один из старших врачей делал детальный обзор по какой-то конкретной теме, раз в квартал обязательно проводилось заседание всех неврологов страны, где обсуждались актуальные проблемы. Кроме того, каждый месяц устраивались семинары и конференции, где ведущие врачи делились передовыми технологиями в лечении. Врачей, у которых было, что сказать своим коллегам, часто посылали на международные симпозиумы, а молодых врачей, которым ещё нечем было делиться, отправляли на те же симпозиумы с целью послушать ведущих специалистов и вписать передовые методы в свою методику лечения больных. Кроме того, каждому врачу вменялась в обязанность хотя бы раз в неделю просматривать в библиотеках медицинскую периодику, в которых освещались научные исследования, выполненные за последнее время. Каждый год для врачей всех специальностей проводились профессиональные курсы по актуальным проблемам лечения различных болезней. Таким образом, практически каждый израильский врач по своим знаниям тянул, по советским меркам, на научное звание, если не на профессора, так уж точно на доцента. В соответствии с отмеченным, Татьяна с головой ушла в работу, как практикующего врача, так и доктора, вкрапляющего в свою деятельность самые новые научные исследования в своей области.
Спустя десять лет, когда Татьяна отдыхала с Борисом на горном курорте в Австрии, они познакомились с дружелюбной семьёй из Москвы. Глава семейства, узнав, что Татьяна работает в Израиле врачом, спросил её:
– Почему израильская медицина более успешная и прогрессивная, чем российская?
Он рассказал ей, что у него были большие кардиологические проблемы. Его лечили именитые московские профессора, на которых он потратил уйму денег. Эффективность лечения приближалась к нулю. Кто-то посоветовал ему поехать в Израиль. Там он попал к опытному врачу, который за две недели решил все его проблемы. Врач, без профессорских регалий, оказался его земляком: он приехал в Израиль из Москвы. В заключении он, не без риторики, спросил:
– Так почему израильский доктор, имеющий диплом одного и того же мединститута, что и московский профессор, сумел в противовес последнему, вылечить меня.
Сначала Татьяна хотела с пафосом ответить земляку речитативом:
– Да потому, дорогой, что врач, подаривший тебе здоровье, принадлежит к избранному еврейскому народу.
Однако, усомнившись в правильности этого тезиса, она озвучила следующее:
– Я работала в московской клинике и продолжаю заниматься врачебной деятельностью в Израиле. На самом деле, российские врачи не такие плохие. Но есть один пунктик: израильские врачи постоянно учатся, учатся каждый день, а уважаемый московский врач, по всей вероятности, закончил обучение в день получения врачебного диплома.
Тем временем рабочие будни полностью втиснули Татьяну в далеко не самую приятную, но ставшей привычной, больничную атмосферу. Татьяна вспомнила, как отец противился её поступлению в медицинский институт. Он говорил:
– Танюша, доченька! Ну, зачем тебе сдалась эта медицина? Всю сознательную жизнь находиться среди больных и вбирать в себя их нездоровую энергетику. Не лучше ли тебе стать экономистом, я слышал, что в университете открыли новую специальность – «экономическую кибернетику». Вот это, действительно, интересно.
Но Татьяна, которая ещё в раннем младенчестве лечила своих кукол всякими пластмассовыми штучками из детского «айболитовского» набора, мечтала стать только врачом. Не зря после окончания школы она два года трудилась санитаркой, занимаясь самой грязной работой по уходу за больными, ради того, чтобы заработать стаж для поступления в институт. Все эти два года после тяжёлой работы она садилась за учебники и до полуночи, без репетиторов, истязала себя подготовкой к вступительным экзаменам. Видимо, есть бог на свете, если строгим экзаменаторам хватило духу не снизить ей, лицу еврейской национальности, отличные оценки по химии и по физике. Первые годы работы только подтвердили любовь Татьяны к медицине. А теперь, в одной из самых больших клинических больниц Израиля, эта любовь к профессии постепенно трансформировалась в истинный профессионализм.
