Секретарь деканата объяснила Борису, что по окончанию учёбы в колледже студенты получают звание младшего инженера. По советским понятиям это соответствовало квалификации выпускника строительного техникума. Борис также получил документ под незнакомым названием – «силлабус». Это слово ещё не было известно бывшим преподавателям советских высших учебных заведений, в то время как в Израиле, в США и, наверное, в Европе оно было на слуху у студентов. В переводе с латинского оно означало не что иное, как перечень. В академическом понимании этот термин подразумевал сжатое описание учебного курса. Такой силлабус каждый студент получал перед началом изучения конкретной дисциплины. Он позволял ознакомиться с тем, что же он, собственно, будет изучать, сколько часов это займёт, какие виды учёбы (лекции, семинары, лабораторные и практические занятия и т. д.) ему будут предложены, какие работы или проекты он должен предоставить для проверки, из чего будет складываться (зачёт, экзамен) конечная оценка его знаний. Ознакомившись с содержанием этого учебного документа, Борис понял, что ему предстоит преподавать инженерную геодезию строительного профиля. На этот раз он должен был, и читать лекции, и вести практические занятия, т. е. в одном лице выполнять функции лектора и его ассистента. Курс инженерной геодезии до этого Борис никогда не читал, в общем-то, он в прошлой жизни читал более сложные курсы по космической и астрономической геодезии. Тем не менее, к этому новому курсу надо было тщательно готовиться, а времени на подготовку практически не было, уже завтра у него была первая лекция.
Когда на следующий день Борис вошёл в аудиторию, он подумал, что ошибся дверью: создавалось впечатление, что он попал в модельное агентство. За столами сидели одни девушки во всём своём многообразии. Просто напросто секретарша декана забыла проинформировать Бориса, что у него будут две группы студентов: одна из них по специальности – гражданское строительство, а вторая – ландшафтная архитектура. В данный момент четыре десятка блондинок, брюнеток и шатенок, которые пытливо осматривали своего нового преподавателя с ног до головы, как раз относились к последней группе. Борис мысленно поблагодарил Татьяну, что погладила ему брюки и приготовила свежую рубашку, а сам он не забыл начистить свои любимые, светло-бежевые сандалеты. Именно на них почему-то и устремила свой взгляд ослепительная брюнетка, которая, похоже, приехала в Израиль то ли с Ирака, то ли с Иомена. Она же вдруг смешливо, но так, чтобы все слышали, громко проронила:
– Сразу видно, что профессор приехал к нам из России.
Борису, по всем правилам этики следовало промолчать, но любопытство взяло вверх над здравым смыслом, и он спросил у брюнетки азиатского происхождения:
– А почему вы решили, что я из России, а не из Болгарии или Румынии?
– Да потому, что только те, кто приезжают из Сибири, – фыркнула азиатка, – прежде чем вставить свои ноги в летнюю обувь, надевают на них носки.
Если бы Борис был бы более внимательным, то он, обернувшись по сторонам, вряд ли бы обнаружил на улице мужчин, у которых бы сандалии или босоножки были надеты на носки. А, если бы и заметил такового, то со стопроцентной вероятностью это был бы выходец из СССР. Однако тема сегодняшней лекции никоим образом не касалась этикета напяливания носков. Поэтому, Борис не очень плавно всё-таки перешёл к изложению учебного материала. Девушки не переставляли сводить с нового преподавателя оценивающего взора. В какой-то момент Борису показалось, что он стоит не на кафедральном возвышении, а на подиуме, и что через несколько мгновений его заставят совершить невиданное дефиле. Мысли его неожиданно спутались, и он вместо словосочетания «абсцисса точки» написал «абсцисса дочки». Девушкам слово «абсцисса» было незнакомо, поэтому одна из них, кокетливо откинув в сторону прядь смолистых волос, спросила:
– Неужели вашу дочку зовут Абсцисса. Я и не знала, что у русских женщин есть такое имя.
В аудитории раздалось негромкое хихиканье по совсем ничего ни значащему поводу. Борис всё-таки был опытный преподаватель, он понимал, что первое впечатление студенток о нём может оказаться решающим. Поэтому он не стушевался, и, перечеркнув красным мелом написанное на доске, обвёл всех строгим взглядом и не спеша промолвил:
– Совсем забыл вам сказать, уважаемые дамы, что читаемый мною курс заканчивается совсем непростым экзаменом. Вопросы, которые я задаю на нём, требуют не запоминания и не зазубривания. На экзамене я проверяю всего лишь один параметр: как вы понимаете основные аспекты геодезии.
Борис заметил, что в аудитории тут же установилась мёртвая тишина и, чтобы снять с себя, несмываемое впоследствии, клеймо преподавателя-зверя, тут же решил разрядить обстановку, рассказав девушкам одну из историй, случившихся при приёме экзамена. Он довольно непринуждённо начал:
