Неприятная дама, пожевав губами и глядя в сторону, сказала, что не знакома с этой частью теории какого-то Кудрявцева, но, в принципе, можно и так сказать.
— Значит, — подхватил вещающий, — в Римской Империи процветание большинства обуславливалось небольшим населением и неистощимым количеством ресурсов, в том числе и еды. Гражданину Рима не нужно было думать, что он будет есть сегодня на обед, и даже — где это можно купить, поскольку еды хватало на всех, и половина этой еды росла на деревьях перед его домом.
— Не надо вульгаризировать… — возразила дама.
— Нет, позвольте мне высказать мысль до конца. Затем наступили средние века. Население выросло, ресурсов стало не хватать на всех, за исключением периодов эпидемий чумы, когда лишние рты попросту вымирали. Затем, когда вырубили — например, в Англии — значительную часть леса, стали жечь уголь, и уголь очень помог — началась индустриальная революция. Машины начали искусственно создавать условия, сходные с римскими. А нефть приблизила эти условия к римским, почти их продублировав. Колоссальное количество энергии, заключенное в нефти, дало возможность многим людям не думать о том, что они сегодня будут есть, во что одеваться, где спать, и так далее. Индустриальный прогресс вызвал и спонсировал прогресс научный, то есть, по мере освоения ископаемого топлива стали делаться открытия и создаваться изобретения. Какой-то полоумный американец долбанул копалкой у себя на участке в Пенсильвании, затем какой-то непутевый поляк придумал способ перегонять то, что вытекло в Пенсильвании, в то, что можно сжигать в моторах — и изобретения посыпались, как из рога изобилия.
Хьюзу стало почему-то так интересно, что он чуть не вышел из образа и не присел на край кровати.
— Ват ду ю вонт? — спросил его наконец свирепый обитатель гостевой комнаты. И добавил по-русски, — Иди отсюда.
— Well, in fact I was just looking for a bathroom, — объяснил Хьюз, отвлекаясь от телевизора. — I got a bit distracted by the talk show. That fellow is really quite something, wouldn't you say?
— Ай донт андерстэнд. Пошел отсюда. Пошел, пошел, — и свирепый обитатель помахал волосатой рукой с золотым браслетом в направлении двери. — Ну, донт ю андерстэнд, блядь?
— Я только руки помою, — миролюбиво сказал по-русски Хьюз. — У вас здесь ванная есть, я вижу, дверь открыта.
— Ты кто такой, а? — спросил обитатель с грузинским (не Атланта, но Тифлис) акцентом. — Что тебе надо? Откуда ты взялся, блядь?
Ага, подумал Хьюз. Он принимает меня за наркодилера с Брайтон Бич. Что ж.
Он пожал плечами и прошел в ванную. Было чисто, и Хьюзу это понравилось. Зеркало над умывальником не заляпано, раковина блестит, вода приятно шуршит. Свирепость не располагает к самоличному поддержанию ванной комнаты в чистоте. Наверняка здесь орудовала какая-то прислуга. Джонни Сканка обслуживают человек пятнадцать.
— Ты долго здесь будешь торчать?! — спросили его, подойдя к двери.
Хьюз вытер руки очень чистым полотенцем, висящим на перекладине рядом с раковиной, выключил воду, и обернулся.
— Благодарю вас, — подчеркнуто вежливо сказал он. — Все, я пошел. Позвольте пройти.
Свирепый обитатель был на голову выше Хьюза и шире в плечах. Подвинулся он ровно настолько, чтобы Хьюзу можно было пройти между ним и косяком, не поворачиваясь боком. Выйдя в гостиную, Хьюз снова посмотрел на экран телевизора. Интересный вещатель продолжал плавную свою речь. Теперь он рассуждал о том, что Новгородской Области хватит нефти на столетия, если она не будет зависеть от Москвы. Какая нефть в Новгородской Области, что за глупости, подумал Хьюз, делая шаг к телевизору, но в этот момент обитатель комнаты шагнул к креслу, и, несмотря на то, что Хьюз предусмотрительно остановился, наступил ему на ногу. Было больно, и Хьюз слегка побледнел. Не извинившись, обитатель плюхнулся в кресло. Ему следовало извиниться, но он не извинился. Это было большой ошибкой с его стороны.
— Странно, — сказал Хьюз по-русски. — Вы всегда так себя ведете? По-пролетарски? С незнакомыми людьми.
Обитатель повернул к нему голову.
— Парень, ты никто. Понял? Никто. Иди отсюда, последний раз прошу по хорошему.
Ему многое известно, подумал Хьюз. Забавный мужик.
— Ты выйдешь или нет, сука?
Хьюз пошел прямиком к прикроватному столику и снял трубку с телефона.
— Э! Куда звонишь, блядь? — возмутился обитатель, поднимаясь.
Он намеревался просто вышвырнуть Хьюза из комнаты и захлопнуть дверь. Но ему пришлось остановиться — пистолет Хьюза оказался вдруг направлен ему точно между глаз.
