— Это был шанс проверить все сразу. И физическую форму в том числе. Кроме того, мы не были стопроцентно уверены и в охраннике.
— Вдобавок вы обзавелись неплохим компроматом. При случае можно пустить в оборот. Чего ради сотрудник ФСБ тайком проникает на территорию опытно-экспериментального завода?
— Дарю тебе эту кассету. С нее еще не сняли ни одной копии. Компроматом стоит грозить человеку, который должен подписать бумажку. Но не тому, от кого требуется дело.
— Где твой специалист? — сохраняя насупленный вид, Левченко давал понять, что готов довести работу до конца.
— Уже на подходе. Человек он пугливый, поэтому будет говорить с тобой по телефону из соседней комнаты.
Майор пожал плечами.
— Он спрашивал, есть ли у тебя техническое образование?
— Пускай говорит как считает нужным.
Фатеев включил проектор, и майор увидел на небольшом экране фрагмент чертежа, относящегося к конструкции шасси.
Зазвонил телефон.
— Смотрите сборочный чертеж, последние цифры номера 033.
Голос специалиста звучал не очень внятно. Похоже, он говорил через платок.
«Это называется и хочется, и колется», — подумал Левченко.
— Уже смотрим.
— Вы видите перед собой гидравлическое устройство, которое управляет подъемом и опусканием шасси.
Коротко описав принцип его действия, специалист переадресовал Левченко к следующему из отобранных им чертежей.
— Это принципиальная схема. Если не сработает клапан К-11, то система получает аварийный сигнал и включается дублирование. Но сигнал генерируется только в том случае, если клапан остался в исходном положении. Если он остановился в промежуточном, никакого дублирования не произойдет. При выходе на посадку шасси начнет опускаться, но затормозится на полпути. Теперь все внимание на следующий чертеж: это размещение клапанов на щите. Клапан К-11 в верхнем левом углу. Если на заводе все сделали как положено, там должна стоять маркировка. Нужно всего-навсего снять крышку и ослабить оба крепежных винта. На один оборот каждый. Если сделать два, при включении гидравлики пойдет утечка масла и внимательный пилот через десять минут полета заметит небольшое падение давления в гидросистеме.
— Одну секунду, — сказал Левченко. — Нам здесь нужно посоветоваться.
Он дал отбой и обернулся к Фатееву:
— Я вижу за мной решили закрепить роль каскадера?
— Мы учитываем твою квалификацию, — погладил аккуратную бородку Фатеев.
С самого начала маршал провозгласил, что комиссия постарается работать с максимальной открытостью. Поэтому освещать демонстрационные полеты пригласили прессу и телевидение. Никто, правда, не ожидал, что соберется столько народу.
Военный аэродром заполонили бойкие особы с микрофонами, длинноволосые личности с профессиональными камерами. Они расхаживали по взлетной полосе, снимали с разных точек самолеты, среди которых выделялся своими размерами транспортный, похожий на колоссальную сигару. Кидались интервьюировать то членов комиссии, то самого маршала, то руководство авиационных фирм.
В конце концов Шмелев решил навести минимальный порядок. Если хаос и суета будут продолжаться, никого из корреспондентов не допустят на борт. Предупреждение произвело мгновенный эффект: журналистская братия выстроилась чуть ли не по стойке «смирно».
Разработчики не возражали, чтобы любопытствующие были допущены на борт — самая пора рекламировать свои детища. Но взять в рейс больше десяти человек никто не соглашался.
Между бойцами передовых отрядов армии масс-медиа начались предварительные переговоры. Альтернатива согласию просматривалась заранее: посадка на борт могла вылиться в настоящую потасовку. Условились распределиться между тремя самолетами. Тот, кто слетал один раз, не будет прорываться на следующий полет.
С представителями Ассошиэйтед Пресс никто не решился спорить. Ясно, что хозяева любого из самолетов пропустят их на борт в первую очередь. Сами они сообщили, что предпочитают «Русич» и не стали принимать участие в дальнейшем обсуждении.
Они вообще суетились меньше остальных: светловолосый мужчина в джинсовой рубашке и молодая смуглая женщина в кожаной куртке с молнией, темных очках и косынке. С собой у них имелись только диктофон, на который женщина время от времени что-то наговаривала и фотоаппарат с мощным объективом, находившийся в ведении ее напарника.
Первым полетел «транспортник». Пустой, с нулевой загрузкой — только немногочисленная компания журналистов проследовала через открытый люк в его огромное сумрачное чрево. Со стороны они казались пигмеями в сравнении с этой пастью.
Двигатели натужно засвистели, махина тронулась с места, подкатываясь ко взлетной полосе. Трудно было поверить, что сейчас она оторвется от земли, воспарит в воздухе. Но произошло именно так. Описав несколько кругов над аэродромом, «транспортник» благополучно приземлился под аплодисменты собравшихся.
