«Хорошая мечта. Всецело одобряю. Но и требую, чтобы активно включались в работу, доносили до людей идеи равенства и свободы. Ведь как оно было в моей прежней реальности: сбежавшая из Польши шляхта вместе с французами кричала „Liberté, égalité, fraternité“, сражалась в рядах армий Наполеона и Гарибальди, а сама втайне мечтала о возвращении к старым порядкам, о своих владениях, о крестьянах-рабах, которых можно и в колодки забить, и кнутом угостить… Нет, такой хоккей нам не нужен».
— Степан Иванович! — снова обратился я к Шешковскому. — За Жолкевским с товарищами слежка ведется? Им поручен очень ответственный участок работы. Важно, чтобы они его не запороли.
— Смотрим в оба глаза государь! Местные соглядатаи есть. Остались со времен пребывания Польского корпуса в Речи Посполитой.
— Ну, хорошо. Тогда переходим к планам летней кампании. Прежде чем нам о нем доложит Тимофей Иванович, давайте послушаем Александра Андреевича, его рассказ об общей международной обстановке.
Безбородко встал, откашлялся и… выложил на стол газеты с карикатурами.
— Ваше Величество, господа, обратите внимание на изменения, кои претерпели смыслы, заложенные в сии картинки. Они отражают общее умонастроение, а не служат для развлечения публики. В изданиях таких стран, как Австрия, Франция и Пруссия, аллегория, заложенная в карикатуру, утверждается на самом верху. С британскими газетами все сложнее, а с другой стороны — проще. Газеты отражают мнение парламентских партий, и хочет того кабинет лорда Норта или нет, но ему придется с этим считаться. Начнем с последних, с британских.
Все зашуршали газетными листами, раздались смешки и возгласы недоумения от тех, кто силился разобрать микротекст, выползавший, подобно облаку, изо рта изображенных на рисунки аллегорических фигур.
— Прошу обратить внимание: облик нашего государя подается не как в континентальных газетах, не в виде жуткого медведя с шапкой Мономаха, а вполне в человеческом, цивилизованном, хотя и саркастическом. Англичане видят в Вашем Величестве монарха, прогнавшего из-за обеденного стола Марию-Терезию и Фридриха прусского. Блюдом дня выступает Речь Посполитая. Следующая картинка, самая свежая, показывает нам уже иное: Европу, вцепившуюся сзади в кафтан короля Георга, желающего сесть на корабль. Понимать сию аллегорию следует так: бедствия на континенте мешают Британии заняться плотнее делами в своих американских колониях.
— Так какова позиция Сент-Джеймсского двора на сегодняшний день? — решил уточнить я.
— Кабинет лорда Норта волнует вопрос Дании. Но в целом они пока выжидают, — Безбородко отложил в сторону английскую газету и взял другую. — Теперь о наших ближайших соседях. Реакции Пруссии на разгром под Варшавой и смерть Фридриха мы пока не видим. Берлин занят срочной коронацией Фридриха Вильгельма II. О нем известно, как о человеке мелочном, но просвещенном. Думаю, он будет стремиться к скорейшему заключению мира. Любопытный казус: новый монарх потребовал убрать из кофеен старые газеты, где помещена карикатура, изображающая прусского орла, накидывающего намордник на русского медведя.
— То есть Берлин теперь хочет выставить себя этаким миролюбцем, и нам стоит ждать картинок с одноглавым орлом, несущим в клюве пальмовую ветвь? — рассмеялся я и все вслед за мной.
— Ваше Величество недалеко от истины, — поклонился Безбородко и взял новую газету. — Теперь Австрия. Тут все куда более неприятно. Раньше Россию изображали страшным медведем с кровавыми клыками, рычащим на Европу. Теперь же, — Саша показал новую карикатуру, — мы видим вот такое.
Картинка изображала большого медведя с кривой саблей в руке. На него надвигалась толпа изящно одетых господ с копьями в руках во главе с решительной мадам.
— Как сие понимать? Дама — это, понятно, Мария-Терезия. Кто остальные?
— Германские курфюрсты, — охотно пояснил Безбородко. — Я бы отнесся к этой картинке с большой настороженностью. Очевидно, что после последних событий Вена полна решимости объединить военные силы Священной Римской Империи. Да, германские земли раздроблены, это факт. Но совокупность их армий — это серьезная сила. Если к ним еще присоединиться и Пруссия…
