Как и у всякого деятельного, талантливого и признанного за свои заслуги человека у Ордин-Нащокина были свои враги и завистники. Против них такой человек, как Афанасий Лаврентьевич проигрывает во все времена и при любой власти. В сутках у всех жителей планеты: талантливых и бездарных, деятельных и ленивых, благородных и подлых только 24 часа. Но если одни занимаются делом, то вторые в то же время их критикуют, плетут интриги, строят ловушки… Пока труженник занят делом, его завистник от него, чаще всего, свободен. И потому он всегда выигрывает в «подковерной войне».
Конечно, в чем-то и Афанасий Лаврентьевич мог быть не безупречен. Но в 1672 году министр иностранных дел Московской Руси и ее главный кораблестроитель Ордин-Нащокин ощутил по отношению к себе в кремлевских палатах нескрываемую холодность. Как человек верующий и умный, он не стал грызть своих противников и бороться за место. Понимая, что всему всегда наступает конец. И его карьере в Кремле тоже. Потому спокойно оставил свою скамью в Посольском приказе, и вообще отрекся от мирской суеты… приняв постриг. Ушел в монастырь, став монахом Антонием. Он словно говорил своим недругам: я послужил России и Государю, теперь послужите вы, если можете лучше. Я же служу теперь только Господу Богу…
Завистники, оттеснившие Ордин-Нащокина от внешней политики, морского судостроения и трона, были хороши в придворных интригах. А во-внешней политике и в морском деле, они были абсолютно беспомощны. Это доказывает тот факт, что царь Алексей Михайлович вскоре ощутил потерю великого государственного деятеля. «Реабилитировать» его – «расстричь» монаха Антония обратно в министры иностранных дел, царь, конечно же, не мог. Даже он, – царь! Пришлось просить Патриарха Всея Руси сделать исключение в строгих монастырских уставах – периодически командировывать монаха Антония в Кремль. Царю нужен был мудрый и опытный советник в области внешней политики. Сколько раз советовался самодержец с монахом неизвестно… Но, наверное, не один раз, так сведения об этом не смогли полностью уничтожить и в XVIII-м веке.
Нужен был монах Антоний не только дипломатам, но и адмиралам флота Московской Руси. Ибо воевал этот флот по всем правилам военно-морской науки того времени. Имея славную боевую историю!
Завершая тему об Ордин-Нащокине хочется написать вот еще что. Пример его биографии, забвение его трудов на благо Отечества потомками – волей-неволей заставляет задуматься – а стоит ли так «выкладываться» ради него? Афанасий Лаврентьевич трудился не щадя себя, не зная покоя, имел блестящие результаты своего труда … но еще при жизни был оклеветан, оболган и изгнан с государевой службы. Кем? Да теми же ради кого и работал. Царь, московский двор, русский купеческий мир. После смерти имя его было почти абсолютно забыто неблагодарными потомками. Есть ли в Пскове, на родине этого выдающегося государственного деятеля, сегодня ему памятник, улица его имени? Нет, конечно. Издана ли в России популярная биография его, написан ли исторический роман посвященный ему? Не читал… Сейчас не каждый из выпускников гуманитарного ВУЗа и вспомнит – кто это такой Ордин-Нащокин? Юноше, обдумывающему будущее житье, стоит задуматься…
Вопрос – когда в России появился первый «Морской Устав»? Нет, не при Петре 1 и не в самом начале XVIII-го века. А в 1647 году в Москве тиражом в 2500 экземпляров (по тем временам тираж огромный!) вышла книга голландского моряка Иоганна Якоба фон Вальхаузена – «О корабельной ратной науке», переведенная на русский язык. Устав военно-морского флота описывался в 7-й главе книги «Учение и хитрость ратного строя», в которой описывался боевой устав пехоты, кавалерии, артиллерии и инженерных войск. Как было отмечено в Предисловии: «Седьмая книга будет о корабельной ратной науке, что немало дело неучение». Военно-морская глава содержала в себе 34 статьи, сформулированные на основе голландского морского устава, хотя вся книга была переводом с немецкого. Титульный лист был выгравирован на меди русским мастером Григорием Благушиным. (В предыдущих главах указывалось, что подобные книги-уставы не могли не иметь моряки еще Ивана Грозного, если не раньше).
