Перед вторым выступлением В. И. Даль в конце своей записки приписал еще один абзац:
«Отчетом этим я вам обязан, как собратам и как сочленам, предложившим мне, сверх того, средства, для обнародования моего труда».
Появление этого абзаца вызвано тем, что произошло во время заседания Общества любителей российской словесности 25 февраля 1860 года.
Случилось следующее. После того, как В. И. Даль зачитал свою записку «О Русском Словаре», председательствующий А. С. Хомяков поднял вопрос о необходимости изыскания средств для напечатания столь полезного труда. В ответ Владимир Иванович сказал, что словарь готов к печати лишь наполовину, что, может быть, о публикации говорить еще рано. Тогда встал М. П. Погодин и сказал:
«Если видеть всегда одни помехи и препоны, то ничего сделать нельзя; их найдется еще много впереди, не смотря ни на какую предусмотрительность нашу; а печатать словарь надо, не дожидаясь конца его и притом не упуская времени. Самая печать неминуемо должна продлиться несколько лет, а потому будет еще время подумать об остальном, лишь бы дело пущено было в ход».
Затем взял слово А. И. Кошелев и спросил:
«Сколько денег нужно на издание готовой половины словаря?»
Ему ответили: «
Через месяц после этого исторического заседания общества, 27 марта, И. С. Аксаков из Мюнхена написал брату Константину:
«Ты хорошо сделал, что принял деятельное участие в Обществе Любителей Русской Словесности, которого возрождения ты отчасти и виновник. Я убежден, что ты только один и можешь оживить его: ты его любишь и веришь в его призвание больше, чем кто-либо из членов, – ты требователен и настойчив <…> Общество могло бы, между прочим, иметь в виду и эту цель, т. е. оказывать пособие семействам умерших бедных литераторов. Впрочем, это вовсе не важно и не существенно. Благотворителей всегда найдется в России, – а гораздо существеннее будет издание таких капитальных вещей, как “Словарь” Даля».
К сожалению, Константин Сергеевич вскоре тяжело заболел. И. С. Аксаков в сентябре 1860 года сообщил А. И. Герцену:
«Вы, конечно, помните, любезный Александр Иванович, моего брата Константина? Вы помните, какой это был атлет телосложением, какой здоровяк, какая грудь, какой голос… Теперь он здесь, за границей, больной, почти чахоточный. Я говорю почти, потому что надеюсь, что его грудная болезнь не разовьется в чахотку. После смерти отца он страшно постарел и опустился физически; а нынешней весной простудил легкие так, что должен был три месяца лечиться, и теперь едет в Швейцарию, в Веве, есть виноград».
Виноград и другое иностранное лечение не помогло. К. С. Аксаков ушел из жизни 7 декабря 1860 года. А двумя месяцами ранее, 23 сентября, не стало А. С. Хомякова.
Но дело печатания словаря уже было поставлено на надежные рельсы. Для набора была выбрана лучшая типография в Москве – Августа Семена.
