На основании «фактов», подобных тому, что изложил в своем письме И. С. Кочетов (на самом деле это были ложные слухи), по приказанию министра внутренних дел Л. А. Перовского (он выполнял желание императора) составили и анонимно напечатали «Розыскание о убиении евреями христианских младенцев и употреблении крови их» (СПб., 1844). Во втором десятилетии ХХ века эта книжонка была переиздана под именем В. И. Даля с новым названием – «Записка о ритуальных убийствах» (СПб., 1914). Однако наш герой к ее написанию не имеет никакого отношения. Это убедительно доказал С. Е. Резник в специально посвященном данному вопросу исследовании – «Запятнанный Даль: Мог ли создатель “Толкового словаря живого великорусского языка” быть автором “Записки о ритуальных убийствах”?» (СПб., 2010).
Как рождались и множились слухи об употреблении евреями крови христианских детей в ритуальных целях (расследованием каждого такого слуха занимались сотрудники Министерства внутренних дел, в том числе и В. И. Даль), наглядно видно из следующего случая[14]. Осенью 1845 года приехавшая в Петербург надворная советница Н. С. Порохова подала министру внутренних дел Л. А. Перовскому записку, в которой утверждала, что ее крепостную десятилетнюю девочку Сигклиту Мелешкову в сентябре того же года в Могилёве похитили евреи с целью использовать кровь девочки в ритуальных целях. Для секретного расследования данного дела в Могилёв был командирован сотрудник министерства, коллежский советник Гортынский. В организации данной поездки принимал участие глава Особенной канцелярии В. И. Даль. Он направил директору департамента общих дел Министерства внутренних дел К. К. фон Полю записку с просьбой выдать Гортынскому «
О работе В. И. Даля под началом Л. А. Перовского рассказал в своих «Записках» секретарь Особенной канцелярии Министерства внутренних дел в 1843–1848 годах А. В. Головнин:
«Это было вскоре по назначении министром Льва Алексеевича Перовского, во время самой кипучей его деятельности. Особенной канцелярией управлял Вл. Ив. Даль, известный в литературе нашей под псевдонимом Казака Луганского и к которому Перовский имел в то время большое доверие. В Особую канцелярию министр передавал на время из департаментов Министерства разного рода дела, которые желал вести под своим личным ближайшим наблюдением по их особенной важности или по которым желал иметь доклады, записки, отношения, писанные большим знатоком всех тонкостей русского языка, каковым являлся Даль <…> Сверх того ежедневные разговоры и работы с Далем, который знал превосходно особенность русского языка и разные стороны быта русского народа, были также весьма интересны. В это время всё свободное от службы время Даль употреблял на обработку собранных им богатых материалов для составления изданного им впоследствии Толкового русского словаря и приводил в порядок огромное собрание пословиц и сказок, которые он записал во время жизни в разных концах России».
