Русский Киев полностью

Вспомним выдающегося авиаконструктора, имя которого занимает почетное место в истории авиации, Олега Константиновича Антонова – доктора наук, академика Украины и СССР, Героя Социалистического Труда, лауреата Ленинской премии и Государственной премий СССР, творца легендарного Ан-2 («кукурузника»), а также создателя общим числом 74 (!) моделей разноплановых летательных аппаратов (52 типа планеров и 22 вида самолетов), основателя и руководителя легендарного советского опытно-конструкторского бюро.

Труды конструктора сделали его фамилию одной из самых известных в мире. В период Великой Отечественной войны он участвовал в создании и разработке истребителя Як, одного из самых массовых и востребованных самолетов того периода. Вместе со своим КБ Антонов потряс мир созданием тяжелого турбовинтового транспортного самолета Ан-22 «Антей», максимальной взлетной массой 250 тонн, а позже произвел еще более мощный аппарат – Ан-124 «Руслан», взлетной массой 402 тонны.

О. Антонов был личностью многогранной и всесторонне развитой – активно занимался спортом и живописью («если бы я не стал конструктором, то стал бы художником»), писал труды по авиапланеризму («На крыльях из дерева и полотна», «Десять раз сначала», «Для всех и для себя» и другие), стихи и даже рассказы для детей. Д.С. Кива, генеральный конструктор и президент государственного предприятия «Антонов» с 2005 г., говорил о выдающемся предшественнике: «Все восхищались его знаниями, огромным опытом, удивительной интуицией с редким сочетанием чисто человеческих качеств – умением притягивать к себе сердца людей, увлечь их, сплотить, вдохнуть уверенность, что им по плечу любые сложные задачи».

Родился Олег Антонов в 1906 г. в селе Троицы Подольского уезда Московской области в семье потомственных дворян – Константина Константиновича и Анны Ефимовны Антоновых. Когда мальчику исполнилось шесть лет, семья перебралась в Саратов.

«Об авиации я начал мечтать рано, – вспоминал Антонов, – мне шел четвертый год, когда к нам из Москвы приехал мой двоюродный брат и стал рассказывать о фантастическом перелете через Ла-Манш, совершенном Луи Блерио. На меня все это произвело очень сильное впечатление. Шестьдесят четыре года прошло, а помню тот вечер и рассказ брата поныне! Решил, что буду летать, как Блерио. <…> И планеры-то начал строить, чтобы летать. Иного пути в небо у меня тогда не было. Так и стал авиаконструктором. Всю жизнь строил, строил… Правда, немного летал и сам. На всех своих машинах. Нам, конструкторам, это необходимо: ни один испытатель, ни один самый подробный отчет, записи приборов не расскажут о самолете того, что почувствуешь сам, взяв в руки штурвал… Небо – это прекрасно. Начни все сначала, я стал бы пилотом!»

Родители не одобряли детскую тягу к полетам – отец работал инженером-строителем и прочил сыну будущее электротехника, мать считала, что человеку нечего делать в небе. И только бабушка поддержала детские мечты, подарив внуку модель аэроплана с резиномотором.

В Саратове сведений об авиации фактически не было – информацию Олегу пришлось добывать из газет и журналов. Что, по его словам, сослужило хорошую службу – удавалось рассматривать разнообразные летательные аппараты под углом зрения их развития. Увлеченный мальчишка даже выпускал рукописный журнал «Клуб любителей авиации», распространяя его среди сверстников, с которыми конструировал воздушные змеи и авиамодели.