— Пока не глушите, я быстро проверюсь, а дальше будет видно, — сказал офицер, вылез из машины, перешел через улицу и нырнул в длинный стеклянный вестибюль метро.
Французов он увидел внезапно. Они появились на ступеньках поднимающегося эскалатора, прошли мимо, а вслед и его коллеги. По одному вышли из стеклянного вестибюля. Стажеры шли вдоль забора посольства и приближались к воротам. Двое остались у входа в метро, а третий издали проводил объекты до ворот и шлагбаума. Они предъявили паспорта и уже проходили через асфальтированный двор.
— Ну, как проводили? — спросил приехавший на машине офицер, ведя их к стоянке. — Их подхватили местные на вокзале?
— Да, парень и девушка, молодые, ты их видел только что, мы поднялись за ними.
— Не слишком тесно вам было?
— В самый раз, бывало и похуже. Ты ж помнишь, тогда в Лионе, контрнаблюдение, наблюдения, да еще и мы. Вот тогда тесновато было, а сейчас все было просто, ребята молодые их вели, особого мастерства я не заметил. Стажеров НН, наверное, направили на это задание.
— Ладно. Садитесь в машину и по очереди обследуйте обстановку. В случае чего точка сбора в гостинице «Минск», там забронированы номера. Я пройдусь до вратарей на входе и дам им «свистелку». Все, начинаем.
Старший достал из сумки пакетик и переложил его в верхний карман куртки. Через несколько минут он уже был около постовых милиционеров на входе в посольство.
— Здорово, хлопцы! — обратился он к тому, который решительно пошел ему наперерез. — Здесь свои! — Он достал удостоверение и незаметно показал. — Я тебе оставлю сигнализатор — маякни, как будет движение вот по этим, посмотри на фото!
— Они только что прошли в посольство! — ответил постовой из ООДП.
— Вот и хорошо! Теперь ждем их на выходе!
Ждать пришлось часа два, сигнализатор сработал, милиционер как бы в знак приветствия махнул рукой водителю выезжающей машины, а сам смотрел вдаль, на машину «Краевых партизан», словно говоря, вот ваши и поехали! Старший показал направление, куда двигаться. Водитель не спеша повернул замок зажигания, завел двигатель и стоял.
— Что не едем? — спросил один из группы.
— Прогреть надо! — сухо ответил водитель.
— Немедленно начинайте движение вон за той машиной, которая только что выехала из ворот посольства.
— Я вожу тела и продукты, а в шпионов не играю! — отрезал водитель, он уже догадался, кто они и что делают у него в машине, тем не менее сорвался с места и помчался догонять.
— Смотри, наши молодые коллеги тоже в тачке! — показал на голубые «Жигули», которые уже катили за машиной с дипломатическими номерами.
Так, дружной троицей, они добрались в район ВДНХ и свернули во двор, обставленный высотными домами, там французы вышли, вытащив из автомобиля большую картонную коробку, и вошли в подъезд. Местные наблюдатели устроились с одной стороны, а приехавшие офицеры — с другой. Вскоре объекты вышли, уже без коробки, сели в машину и вернулись в Центр, подкатив к зданию ОВИРа. Там французы отпустили дипломатическую машину, а сами зашли внутрь и появились через полчаса, вероятно уже отметившись о прибытии в Москву. Затем они пешком, сверяясь с картой, двинулись в сторону Нового Арбата и вышли к библиотеке им. В. И. Ленина.
— Ну, вот и все, — сказал руководитель группы. — Теперь это наша основная точка наблюдения. Один будет внутри, около объектов, а остальные здесь.
Последующие два дня были похожими друг на друга, объекты безвылазно сидели в библиотеке, по вечерам в Культурном центре посольства Франции смотрели фильмы. Вскоре опять появившись в ОВИРе, отметились об убытии.
Краевой центр. Октябрь 1977 года. Сообщение из Москвы от наблюдателей из «наружки» пришло ночью, а утром Быстров уже вычитывал полный текст с рапортами и вводными. Набрал номер телефона Каштан и пригласил к себе в кабинет. Дора Георгиевна аккуратно сложила несколько листков с отчетом ее группы о поездке в Москву, положила в свою сумочку и спустилась к Быстрову.
Просматривая официальный отчет из Москвы, она сравнивала его со своей информацией. Практически все совпадало, москвичи писали, что объекты перевезли неопознанный груз в виде большой картонной коробки из посольства на частную квартиру.
Наблюдатели Егора Подобедова уверенно писали, что это была упаковочная коробка скандинавского магнитофона фирмы Tandberg, уточнить это смог один из офицеров, который успел пройти мимо объектов в тот момент, когда Люк и Марта вытащили эту большую и тяжелую коробку и пытались ее неловко подхватить.
— Что думаете по этому поводу? — спросила Каштан Павла Семеновича, отложив отчет из Москвы.
— Пока не знаю. Может, посольские попросили перевезти груз для этой семьи, как их там… — он заглянул в бумагу, — ага, вот, Гальперин-Жапридо. Он москвич, работает переводчиком в представительстве бельгийской фирмы сельхозмашин, а она заведующая рекламным отделом там же. Квартира ее мужа. По данным москвичей, эта дама имеет отношение к структуре SDECE.
— Ваши предположения? — спросила Дора Георгиевна.
