Особенность положения названной части ведущего слоя определяется тем, что в ее руках сосредоточивается распоряжение властными отношениями в государстве. Властные отношения эти в каждом сложившемся обществе образуют некоторое постоянное «общественное состояние», или, иными словами, ряд постоянных возможных отношений. Подобно тому, как между двумя людьми, из которых один преобладает над другим, устанавливается как бы некоторая особая психическая атмосфера, выявляющаяся в ряде поступков и действий, подобно этому еще более сложная постоянная атмосфера устанавливается и в общественном целом, основанном на власти и подчинении. Это властное состояние можно назвать «властным статусом», выражая тем установившийся, сложившийся, постоянный характер властных отношений. «Властный статус» как совокупность различных действительных отношений есть такое состояние, которым можно пользоваться определенных целях, достигая определенного результата, вызывая одни факты и подавлял другие[540]. Так можно воспользоваться уже властными отношениями между двумя людьми, попросив преобладающего человека воздействовать на того, который находится в его власти. Что не удается другому, то легко может удасться преобладающему. Тем более возможно использование распоряжение властными отношениями в обществе, но для это при сложности общественных отношений должны быть особые лица, которые обладали бы способностью распоряжения властным статусом. Та часть ведущего слоя, на которой лежат специально политические функции, и получает в свои руки эту возможность распоряжения «властью» в государстве.
Распоряжаться «властью», это значит, прежде всего быть способным приводить в движение подвластных для исполнения определенных целей — заставить платить налоги, набрать армию, произвести какой-либо акт принуждения и т. п. Распоряжаться «властью» это значит, далее, пользоваться теми технический средствами, которые нужны каждому государству, — то есть начальствовать вооруженной силой, управлять казной и государственным хозяйством. Политической властью в государстве обладают те лица, которые имеют возможность распоряжения всеми этими объектами, составляющими «внешнюю мощь» государства в противоположность «внутренней мощи», складывающейся из вышеописанных отношений между властвующими подвластными. Политически управляющая группа, образующаяся из среды ведущего слоя, и является распорядителем или «депозитарием» внешней мощи государства. И для каждого государства самым существенным вопросом является, у кого в руках сосредоточивается это распоряжение? У одного лица? У нескольких? У многих? Порядок такого распоряжения составляет то, что можно назвать конституцией данного государства, которая может быть писанной или закрепленной в обычаях, неписаной.
Понятие «конституции» в политических представлениях, распространенных в широкой публике и подкрепленных европейскими теориями конституционного права, применяется для обозначения того акта, которым монарх ограничивает себя и дает «права» народу. Поэтому «конституционным» государством и называется преимущественно «ограниченная монархия». Однако более решительное проведение европейских демократических принципов привело к уничтожению монархической власти и к учреждению республик. На эти республики распространено было также понятие «конституционного государства», причем политическое понятие «конституции» подверглось в них некоторому изменению. В республиках под «конституцией» стали понимать тот акт общенародного договора, который совершался в учредительном собрании народными представителями и в некоторых случаях поступал на одобрение «всего народа» (плебисцит или референдум, при проведении которого под «народом» понимали политически правоспособную часть граждан, то есть «голосующий корпус»). Классическими образцами таких республиканских конституций можно считать народные договоры об образовании отдельных американских колоний и затем акт об образовании из этих колоний союзного государства под именем Соединенных Штатов Америки (в 1776 году)[541]. Под влиянием этих американских образцов протекало и французское конституционное законодательство эпохи 1789–1791 годов. С тех пор практика учредительных собраний стала обычной и в демократическо-республиканской Европе. Уже на нашей памяти ряд учредительных собраний, созванных по окончании великой войны, образовал большое количество республик (Австрия, Германия и входящие в нее государства, Латвия, Литва, Польша, Чехо-Словакия, Эстония) и одно королевство (Югославия).
