Пухберг прислал ему 150 гульденов, большая часть которых пошла на оплату счетов Констанцы в Бадене. 16 ноября дома она родила дочь, которая умерла в тот же день. Иосиф II помог, поручив Моцарту и Понте написать драму на старую тему (использованную Мариво в «Любви и страхе», 1730): двое мужчин переодеваются, чтобы проверить верность своих невест; те оказываются сговорчивыми, но прощают их на том основании, что «così fan tutte» — «так поступают все женщины»; отсюда и название оперы. Вряд ли этот сюжет подходил для трагического настроения Моцарта (разве что Констанца немного пофлиртовала в Бадене), но он снабдил умное и остроумное либретто музыкой, которая является воплощением ума и остроумия; редко когда бессмыслица была так прославлена. Премьера 26 января 1790 года прошла с умеренным успехом, а четыре повторения в течение месяца принесли Моцарту сто дукатов. Затем умер Иосиф II (20 февраля), и венские театры были закрыты до 12 апреля.
Моцарт надеялся, что новый император найдет для него работу, но Леопольд II проигнорировал его. Он проигнорировал и Понте, который уехал в Англию и Америку и закончил свою карьеру (1838) преподавателем итальянского языка в нынешнем Колумбийском университете в Нью-Йорке.91 Моцарт еще не раз обращался к Пухбергу (29 декабря 1789 года, 20 января, 20 февраля, 1, 8 и 23 апреля 1790 года), никогда не оставаясь тщетным, но редко получая все, что просил. В начале мая он просил шестьсот гульденов для выплаты причитающейся ренты; Пухберг прислал сто. 17 мая он признался Пухбергу: «Я вынужден прибегать к услугам ростовщиков»; в этом письме он назвал только двух своих учеников и попросил своего друга «распространить весть о том, что я готов давать уроки».92 Однако он был слишком нервным и нетерпеливым, чтобы быть хорошим учителем. Иногда ему не удавалось договориться с учениками о встрече, иногда он играл с ними в бильярд вместо того, чтобы давать уроки.93 Но когда он находил ученика с многообещающим талантом, он отдавал себя без остатка; так он с удовольствием и успешно обучал Иоганна Гуммеля, который пришел к нему (1787) в возрасте восьми лет и стал знаменитым пианистом в следующем поколении.
Серьезные болезни добавляли боли к горестям Моцарта. Один из врачей диагностировал его недуги как «экскреторный пиелит с пионефритом, скрытое очаговое поражение почек, неизбежно ведущее в конечном итоге к полной нефритической недостаточности».94-т. е. к инвалидизирующему гнойному воспалению почек. «Сегодня я совершенно несчастен», — писал он Пухбергу 14 августа 1790 года. «Прошлой ночью я совсем не мог спать из-за боли… Представьте себе мое состояние — я болен, и меня снедают заботы и тревоги… Не можете ли вы помочь мне какой-нибудь мелочью? Самая маленькая сумма была бы очень кстати». Пухберг выслал ему десять гульденов.
Несмотря на свое физическое состояние, Моцарт пошел на отчаянный шаг, чтобы поддержать семью. Леопольд II должен был короноваться во Франкфурте 9 октября 1790 года. В свите императора было семнадцать придворных музыкантов, но Моцарт не был приглашен. Тем не менее он поехал, сопровождаемый Францем Хофером, своим шурином-скрипачом. Чтобы покрыть расходы, он заложил семейную серебряную тарелку. Во Франкфурте 15 октября он играл и дирижировал своим Концертом для фортепиано с оркестром D (K. 537), который он написал за три года до этого, но который по прихоти истории был назван «Коронационным концертом» — едва ли одним из его лучших. «Это был великолепный успех, — писал он жене, — с точки зрения чести и славы, но провал с точки зрения денег».95 Он вернулся в Вену, заработав немногим больше, чем его расходы. В ноябре он переехал в более дешевое жилье на Раухенштайнгассе, 70, где ему и суждено было умереть.
Еще год ему помогли продержаться три заказа, пришедшие многолюдной чередой. В мае 1791 года Эмануэль Шиканедер, ставивший немецкие оперы и пьесы в пригородном театре, предложил ему набросок либретто о волшебной флейте и обратился к своему брату Мейсону с просьбой предоставить музыку. Моцарт согласился. Когда в июне Констанца, снова беременная, уехала в Баден-бей-Вен, он принял приглашение Шиканедера проводить дни в садовом домике рядом с театром, где под руководством менеджера мог сочинять «Зауберфлейту». По вечерам он вместе с Шиканедером участвовал в ночной жизни города. «Глупость и расточительство, — рассказывает Ян, — были неизбежным сопровождением такого существования, и вскоре они достигли слуха публики… покрыв его имя в течение нескольких месяцев злословием, которого он не заслуживал».96 Среди этих расслаблений Моцарт находил время для поездки в Баден (одиннадцать миль от Вены), чтобы навестить свою жену, которая 26 июля родила Вольфганга Моцарта II.
