Вернувшись в следственный отдел, Карелла и Клинг узнали от Энди Паркера, что из ФБР по телетайпу поступил ответ на сделанный в субботу запрос насчет отпечатков. ФБР не располагало никакими сведениями. Что означало: во-первых, убийца не имел криминального досье и, во-вторых, не служил в армии. Это также означало, что он не состоял на государственной службе, поскольку у государственных служащих, как правило, брали отпечатки пальцев. В понедельник к двенадцати часам дня сыщики 87-го участка поняли, что на сей раз им попался крепкий орешек.
Ружье, найденное на месте преступления, было шестизарядным помповым дробовиком калибра 0,12 со стволом в 3/4 дюйма. В патроннике имелась стреляная гильза, а в магазине — два целых патрона. Это были патроны марки "Ремингтон экспресс" с дробью номер два. Поделившись этой информацией с Кареллой, криминалисты из лаборатории сообщили ему серийный номер ружья. В понедельник, в десять минут первого, Карелла позвонил в городское отделение оружейной фирмы, назвал номер ружья и поинтересовался, где оно могло быть куплено. Сотрудник фирмы сказал, что должен поднять документы, и обещал перезвонить. Карелла продиктовал ему номер телефона следственного отдела 87-го участка и послал человека в соседнюю закусочную за сандвичем. Он доедал его со второй чашкой кофе, когда зазвонил телефон.
— Восемьдесят седьмой участок, Карелла.
— Говорит Фред Тиссен.
— Да, мистер Тиссен. Что-нибудь удалось выяснить?
— Вроде бы да. Назовите, пожалуйста, еще раз номер ружья. Я не хотел бы ошибиться.
— А-37426.
— А-37426, — повторил Тиссен. — Да, у меня тот же номер. Я проверил наши накладные за август, когда партия была отправлена в продажу. Поскольку сейчас мы высылаем партию 376, я вычислил, что партия 374 должна была пойти в августе.
— Так, так.
— Это ружье — кстати, модель 833-К — было отправлено вместе с однозарядным ружьем и двумя винтовками…
— Куда?
— И еще тогда же мы отправили нашу новую модель ружья двадцатого калибра, которая существует в двух видах — с чок-бором[20] и без него.
— Куда отправили, мистер Тиссен?
— В магазин спортивных товаров "Парамаунт".
— В Айсоле?
— Нет, в Ньюфилде. Это за рекой, в другом штате.
— Точный адрес есть?
— Да, Бартер, 1147.
— Большое спасибо, мистер Тиссен. Вы нам очень помогли.
— Неужели наше ружье использовали в преступных целях?
— Боюсь, что да.
— Мы были бы вам очень признательны, если бы сведения об этом не попали в прессу.
— Мы обычно никому не сообщаем такие сведения, мистер Тиссен.
— Спасибо вам.
— Это вам спасибо, — сказал Карелла. То, что ружье было куплено в Ньюфилде, означало, что убийца неплохо разбирался в правилах приобретения оружия. Несмотря на то, что во многих районах Соединенных Штатов охотники (а также убийцы) могли приобретать оружие относительно легко, в городе, где жили и работали Клинг с Кареллой, все было несколько иначе. Желающий купить оружие должен был сначала получить разрешение, которое не выдавалось:
1) лицам, не достигшим восемнадцати лет;
2) лицам, ранее судимым;
3) лицам, страдающим психическими заболеваниями, алкоголизмом и наркоманией, если соответствующие специалисты не признали их здоровыми;
4) лицам с физическими дефектами, которые препятствуют безопасному обращению с оружием;
5) лицам, уволенным из вооруженных сил за нарушения дисциплины.
Кроме того, требовались две фотографии, сделанные не ранее чем за месяц до подачи заявления, и отпечатки пальцев.
Закон был суров, но справедлив.
Однако в городе Ньюфилде, расположенном на другом берегу реки, можно было купить ружье или винтовку в любом магазине, торгующем оружием, и единственное, что требовалось, это деньги для оплаты. Если вы намеревались ввезти оружие в этот город, закон требовал в течение сорока восьми часов подать заявление в полицию, и до получения регистрационного удостоверения оружие находилось в полицейском участке по месту жительства владельца. Но если вы покупаете ружье в Ньюфилде, чтобы застрелить двух человек, то вряд ли вы станете действовать, как того требует закон.
Магазин спорттоваров "Парамаунт" находился в самом центре Ньюфилда, в деловом квартале, представлявшем собой треугольник, сторонами которого служили границы китайского города, железнодорожной товарной станции и итальянского квартала. Владельцем магазина был приятный человек с лунообразным лицом по имени Эйб Фельдман. Когда сыщики вошли в магазин, он как раз готовился выполнить заказ местной школьной команды по футболу — подбирал рубашки, щитки и шлемы. Прилавок был завален доспехами, столь необходимыми в этой воинственной игре.
Карелла и Клинг сообщили, кто они такие, и Фельдман сильно загрустил.
— Что-то не так? — обеспокоенно спросил он. — Что-то случилось?
— Вы тут ни при чем, мистер Фельдман. Мы расследуем убийство…
— О Господи! — вздохнул Фельдман.
— …и имеем основания полагать, что оружие куплено в вашем магазине. Мы хотели бы знать…
— О Господи! — повторил Фельдман.
— Не могли бы вы посмотреть по вашим квитанциям…
— Когда это было? — спросил Фельдман.
— Ружье поступило к вам после четвертого августа.
— Значит, август?
— Да.
