— Ты говоришь о том, о чём я думаю? — спросила она и на всякий случай уточнила: — Там еще дресс-код — белые одежды…
— Ага, — согласилась Сьюзен. — Раскручено хорошо. Но на практике очень скучно. Уверовав в рекламу, многие туда рвутся, а находят тоску смертную. Представляешь, везде цензура. Всё запрещено. Секс, алкоголь, джаз. Музыка — только классика, в основном церковные хоралы. Саксофон — запретный инструмент.
— Почему? — спросила удивлённая Ольга.
— Не знаю. Они там арфу очень уважают. Представляешь, сутками слушать арфу? Целую вечность.
— Ужас, — попыталась представить Ольга.
Они легко плыли в мягкой серебристо-чёрной воде, отражавшей нагое сияние сладострастного ночного неба. Тишина окружала. Ольге казалось, что она зависла и парит в чём-то бесконечно нежном. Лёгкая прохлада то ли воды, то ли воздуха гладила кожу, словно чьи-то ласковые ладони. И вдруг она поняла, что ощущает огромное счастье, что впереди ждёт ещё много интересного. Что она полностью свободна в своём выборе, в своей любви и наслаждениях. И счастье никуда не денется. Оно будет рядом с ней, и оно будет в ней.
И тут пришло слово «Андрей», словно пароль для возвращения. Она не была уверена, что тому здесь так же хорошо.
— Если я уйду и возьму с собой Андрея, не обидишься? — мягко спросила она.
— Конечно, нет, — грустно сказала Сьюзен. — Если только он с тобой пойдёт.
— Поплыли к берегу. Надо возвращаться. Нас там ждут, — Ольга с нежностью взглянула в огромные, отражающие звёзды глаза Сьюзен и, подплыв, ещё раз поцеловала. Их тела переплелись. Она чувствовала её влажные волосы и упругую кожу. Обе летели в неведомом пространстве.
Замок встретил их знакомой нежной музыкой. Андрюшка нежно обнимал блондинку, лежавшую у него на коленях, а другой мужчина целовал её.
— Андрей, нас ждут друзья, — сказала Ольга, погладив скульптора по мохнатой голой груди.
— Давай останемся, — простонал тот. — Здесь хорошо. Нигде не будет так хорошо.
— Мы ещё вернемся. У нас наверняка будет возможность выбора, — мягко заверила Ольга.
Сьюзен стояла рядом, прислушиваясь к разговору, и не делала никаких попыток вмешаться.
Андрей с сожалением снял блондинку с колен:
— Пойдём. Возможно, я делаю самый глупый поступок в своей жизни. Если в следующий раз мне выдадут белые штаны и арфу, я буду являться к тебе в кошмарных снах.
— Не волнуйся. Сексуально озабоченных пьяниц, не умеющих играть на струнных, туда не зовут, — заверила Ольга.
— Провожу вас, — предложила Сьюзен.
— Что случилось с Джоном и Мэри? — Ольга пыталась заполнить оставшиеся пустые места головоломки. Была уверена, что те не просто так уехали в Египет.
— Мэри почему-то не полностью менялась, когда возвращалась обратно в ваш мир, у неё оставалась чешуя на спине. Ерунда, конечно, но ей не нравилось. Какой-то сбой программы. Такое бывает, — объяснила Сьюзен. — Такие явления случались в Египте, особенно часто у фараонов. То один вернётся с головой волка, то другой — с клювом орла. Вот они и решили поехать в Каир. Там портал в обитель Гора, где знают, как решать такие проблемы.
— А как они туда попадут? — спросила Ольга, переодеваясь в обычную одежду. Рядом возился Андрей, путаясь в балахоне.
— Не знаю. Неисповедимы пути… — сказала Сьюзен. — Ну, идите. У каждой звезды своя орбита.
— Я ещё обязательно вернусь к тебе, — пообещала Ольга.
Знаменитый нудистский отель Ямайки встретил Ольгу волнующим запахом дымящихся благовоний и сладким пряным ароматом цветов. Было уже темно.
Тропическая ночь приветствовала гостью заученным речитативом цикад и эмоциональными криками неизвестных существ из недр джунглей. Многочисленные светильники таинственно подсвечивали деревья, плотной стеной обступавшие милые двухэтажные домики, небрежно разбросанные среди тропической растительности, словно кубики закончившего игру малыша. Яркие цветы росли в самых неожиданных местах, словно кто-то, проходя по дорожкам, бросал наудачу горсти семян.
Её комната оказалась на первом этаже, с выходом прямо на пляж. Пахло чем-то незнакомым, горьким и приторным. Этот запах пропитывал не только мебель, но даже стены комнаты. Уже потом Ольга узнала, что так пахнет марихуана.
На покрывале кровати были разбросаны цветы магнолии. Среди них сидела огромная бабочка. В первый момент Ольга подумала, что она ненастоящая, и потрогала её. На мгновение ощутила замшевую шероховатость, но тут же поняла, что под ней, затаившись, прячется жизнь. Она инстинктивно отдёрнула руку, а бабочка вдруг распахнула кроваво-коричневые крылья, оказавшись размером с небольшую птицу, и принялась метаться по спальне. Несколько раз неприятно задела по волосам. Это прикосновение было отвратительно — казалось, огромное насекомое нападало на неё.
«Успокойся, — приказала себе Ольга, — ты ведёшь себя как истеричка».
