Он стоял, опустив лапки и скромно потупив мордочку, но ушки навострил, ожидая похвалы.
— Великолепные стихи, — искренне восхищалась девочка.
Иногда сны бывали страшными. В одном из таких кошмаров она узнала, что на вопрос «Кто-кто в теремочке живёт?» иногда лучше промолчать.
Но однажды произошло невероятное. Произошло буднично, как случается большинство чудес в нашей жизни. В то утро мама затеяла уборку. Натужно гудел старенький пылесос. Его лёгкие были давно забиты пылью, и время от времени он сипло кашлял, как сосед дядя Сёма.
Соня поливала цветы, которые плотной шеренгой стояли на подоконнике в глиняных горшочках. Те благодарно кивали нарядными головками. И вдруг заметила рядом с собой девочку, одетую в не по размеру большое ситцевое платье, когда-то имевшее синий цвет, замусоленный передник и деревянные башмаки.
— Ты кто? — изумлённо спросила Соня.
— Золушка.
— Настоящая?
— Конечно.
Почему-то Соня сразу поверила странной девочке.
— Кушать хочешь? — спросила она, заметив печальный взгляд гостьи, брошенный на кухню. Там варился и благоухал петрушкой и укропом куриный суп.
— Некогда. Мачеха заругает, если заметит, что меня нет. Послушай, твоя мама засосала в пылесос своё обручальное кольцо.
— Которое уже второй день ищет? — ахнула Соня.
— Да. Вечером заскочу, поболтаем.
— С кем ты разговариваешь? — мама удивлённо глядела на дочь, устало вытирая лоб тыльной стороной руки.
Соня повернулась и восторженно объявила:
— К нам в гости пришла Золушка.
Она перевела взгляд на новую подругу. Но никого рядом не оказалось.
— Замечательно, — согласилась мама. — Может быть, она поможет тебе с уборкой. Кое-кому следует привести в порядок свою комнату. Вдвоём будет веселее…
— Но она же ушла, — разочарованно сказала Соня.
— Тогда придётся убирать одной, — в голосе мамы появилась строгость.
— Пылесос съел твоё кольцо! — отчаянно выпалила девочка.
— Откуда ты знаешь?
— Золушка сказала.
— Ну хватит, — нахмурилась мама. — Игра затянулась. Перестань фантазировать и займись уборкой.
— Ты не видела здесь другую девочку?
— Я вижу только одну, которая отчаянно отлынивает от работы.
Соня застыла. Неужели она разговаривала с выдумкой? Бред какой-то. Девочка прямо-таки остолбенела от этой мысли. Кажется, таких людей называют сумасшедшими. И их дразнят: «Псих и дурак курили табак! Спички воровали, девок целовали!» Соня поёжилась. Какая гадость — воровать спички и целовать девок. Нет! Она не сумасшедшая. Золушка действительно приходила. «Кольцо!» — вдруг вспомнила она. Вот проверка, была ли гостья на самом деле.
Главное сейчас не злить маму.
— Извини, я больше не буду, — эта волшебная фраза действовала на взрослых успокаивающе. — Сейчас же начну уборку, только я вправду видела, как что-то блестящее мелькнуло, когда ты пылесосила. Вдруг это твоё кольцо?
— Ох и фантазёрка, — причитала мама, вытряхивая пыль на подстеленную газету. Она слишком дорожила пропажей, чтобы отмахнуться от слов дочери. И действительно: золотой ободок заметили одновременно.
— Глазастая ты у меня!
Мамины глаза сияли, и девочка засмеялась от радости, глядя на неё. Всё просто. Не надо никому ничего рассказывать о своих видениях, и не получишь прозвища «Тронутая Соня».
Счастливая мама надела кольцо и разглядывала его, словно видела первый раз.
Золушка сдержала слово и появилась, когда Соня уже засыпала. Они проболтали полночи. А потом пришельцы из сказок повалили валом, будто где-то открылась запертая дверь. К ней часто приходили Страшила и Храбрый Лев. Лев ел холодные котлеты, которые Соня таскала из холодильника, а Страшила с важным видом сидел в кресле, рассматривая папину энциклопедию.
В то лето Соня познакомилась с одной книгой в потёртом картонном переплёте, где на обложке была нарисована девочка, очень похожая на неё саму: худенькая, маленькая, с копной непослушных золотисто-рыжих волос и огромными сияющими глазами. Девочка разговаривала с кроликом, одетым в чёрную жилетку. Надпись из больших чёрных букв гласила: «Алиса в Стране чудес».
Читая книжку, Соня поражалась приятному чувству узнавания. Всё казалось знакомым, словно она сама не раз бывала в Стране чудес. А может быть, видела её во сне. Это было замечательно, так замечательно, что хотелось раскинуть руки, опрокинуться на спину и вспорхнуть невесомым телом навстречу волнам яркого света, лившегося неведомо откуда. Мир вокруг преображался. Сияли перламутром доски чердака, из голубого дыма выплывала улыбка Чеширского Кота, Синяя Гусеница курила кальян. Подружка Алиса усаживала девочку за стол, где уже пили чай Заяц и Шляпник, удобно облокотившись на спящую Мышь.
Как объяснить родителям, что не хочется ужинать, потому что уже наелась пирожков с вареньем?
В шесть лет, первый и последний раз, Соня изменила правилу никому не рассказывать о своих видениях. Она предъявила любимую книгу маме.
