Это было отчасти успокоением, заботиться о нем, и когда я поняла, что ему это тоже нравится, я улыбнулась. Без предупреждения, он сильно встряхнулся, забрызгав всю меня пеной. Я завопила и отскочила назад, но он сразу же подошел ко мне, желая еще внимания.
— Ты похож на большую кошку!
Я села на корточки, чтобы распутать колтуны на его шее. Он засопел, и пузыри, надутые его ноздрями, поплыли по воздуху. Я не смогла сдержать смех. Я чувствовала себя прекрасно, смеясь. Чего не было с той ночи в хижине с Джеком.
Я заметила Смерть, шагавшего так, будто он собирается что-то уничтожить.
— Ты прерываешь мою тренировку?
— Хм? — Была не была. Я встала.
Его голова резко опустилась, глаза, сосредоточились на моей груди. Я проследила за его взглядом. Мои фары были включены, работал дальний свет*. Упс.
(*Мои фары — на сленге означают женскую грудь, дальний свет — на сленге — торчащие соски).
— Просто хотела вымыть моего соседа по комнате. Или двор для меня закрыт?
Светлые брови Смерти сдвинулись, он провел по губам рукой в перчатке.
— И это единственная причина торчать под дождем? — спросил он рассеянно, все еще не отрывая взгляда. — Под этим холодным дождем. — Его акцент стал более явным? Изменение акцента всегда было индикатором сильных эмоций у Джека.
Я обошла Циклопа и остановилась прямо перед Смертью:
— Волк привык спать в моей кровати. Так лучше уж он будет пахнуть лимонной свежестью, чем мокрой псиной.
Смерть было протянул руку, словно хотел меня коснуться. Но потом опустил ее и сжал в кулак. Его слова. Рожденный для жизни жаждет прикосновения? Но вспомнил, что он им убивает?
Было очень странно думать, что этот бессмертный мог заняться сексом только с одной женщиной в целом мире. И что все это время он думал о прикосновении ко мне. Будет ли он мечтать об этом сегодня вечером?
От этой мысли я задрожала; он прорычал иностранное проклятие.
Вспомнив о своей миссии:
— Гм, спасибо за то, что дал мне «Государя*». — Это была странная книга, вся о недобросовестных действиях во время войны и стратегиях. Заговоры, коварство и жестокость приветствовались. — Я закончу его этим днем. Я подумала, что могла бы прийти к тебе в кабинет сегодня вечером и возвратить его.
(*Государь — видимо, имеется в виду труд Никколо Макиавелли).
Все еще уставившись на мою грудь, он откашлялся прежде, чем смог заговорить.
— Ты хочешь прийти в мою комнату этим вечером? — Затем он поднял свой взгляд, казалось, твердо решив не смотреть вниз.
— Да. Ты одолжил мне книгу. Это означает, что мы должны обсудить ее вместе. Обмен мнениями заставит тебя по-новому взглянуть на книгу. — Когда я улыбнулась, его глаза остановились на моих губах, в его янтарных глазах загорелись звезды.
Он прямо сейчас думает о поцелуе со мной? Я ненавидела его так сильно, казалось, что одна мысль об этом сделает меня больной — и все же я не чувствовала отвращения, когда представила губы Смерти на своих.
Это заставило меня страдать от чувства вины. Я любила Джека; как я могу думать о поцелуе с этим человеком?
Мои щеки загорелись, и я думаю, Смерть это заметил. Я напомнила себе, что Жнец мог быть в высшей степени привлекательным, но он был высокомерным, жестоким и беспощадным. Он хотел убить меня. Помня об этом, я сделала свой тон игривым.
— Ты выбрал «Государя», чтобы показать мне, как ты играешь в игру, большой парень?
Как будто щелкнули выключателем, свет в его глазах погас.
— Я дал тебе эту книгу, чтобы проиллюстрировать, как играешь ты.
О. Чары были рассеяны.
— Тварь, я знаю, что ты планируешь. Ты намерена втереться мне в доверие, чтобы я снял власяницу. Как только я освобожу твои силы, ты будешь выжидать, пока я не ослаблю свою охрану, затем ударишь.
— Смерть, подожди. — Я сделала шаг вперед.
Он сделал шаг назад.
— И все это время, ты думала о том, чтобы вернуться к нему. Интересно, что твой драгоценный смертный подумал бы о твоих сегодняшних действиях. — Его кулаки сжались.
От ревности.
Больше не было смысла отрицать. Это было больше чем простым интересом к противоположности с его стороны, его ненависть ко мне была сильнее, чем потребность ко мне прикоснуться. Я вспомнила, как он отреагировал в ту ночь, когда я была с Джеком, гневный тон Смерти. Здесь было скрыто что-то более глубокое.
— Как далеко зашли отношения между нами в прошлых жизнях? — желая узнать правду, я сказала, — мне снилось, что ты хотел уложить меня в постель. Давно. Ты преуспел?
— Если ты хочешь знать, то вспомни. — Глядя с неприязнью, он сказал: — ты не сможешь обольстить меня, Императрица. Прекрати пытаться. — И зашагал прочь.
Не имеет значения. Я все равно пойду в его кабинет сегодня вечером.
На мой стук в дверь никто не ответил. Смерть ушел.
Я застала Ларк в ее в логове, за просмотром фильма.
— Где он?
Она нажала «паузу» на пульте.
— Уехал по делам. Он сказал, что вернется к обеду через две ночи.
— Он уехал, чтобы кого-то убить?
