Проходили дни, недели, парень сидел один за своей последней партой первого ряда. Насте очень хотелось подойти к нему, поговорить, рассказать, как во время каникул с Наташкой и Юрой ездила в Новосибирск, ну, так, просто побродить по городу. Она мечтала порадоваться вместе с Владом тому, что отец выписался из больницы и совсем не пьет, закодировался, стал каким-то другим, одухотворенным что ли, мама просто счастлива, глядя на него… Но что-то останавливало Настю: гордость или боязнь быть отвергнутой? Часто на уроке девушка оборачивалась и смотрела в ту сторону, где сидел Влад, но взгляд ее Рыцаря был устремлен то на доску, то на учителя, то в окно, а на нее внимания парень совсем не обращал. На переменах к нему часто подходили одноклассники, и они разговаривали, что-то обсуждая, чему-то смеясь. Иногда к компании подсаживалась Изольда, с недавнего времени проявлявшая к парню повышенный интерес. Влад вел себя с ребятами так, как будто ничего не случилось — был по-прежнему весел и остроумен. С Настей же не общался совсем, даже не здоровался. «Мой Рыцарь уже не мой», — с сожалением думала девушка.
***
У Анастасии Львовны сегодня был выходной. «Ах, как хорошо просто лежать, нежась в кровати, ни о чем не думать, — радовалась она. — Дети в школе, муж…» Прошло почти два года с момента развода, а у нее нет-нет да и сорвется с языка слово, которое произносила на протяжении почти семнадцати лет. «Хотя, конечно, Илья многое сделал в последнее время, чтобы семья воссоединилась, — размышляла Анастасия Львовна. — Но все поздно — дети уже взрослые, еще полгода и разлетятся кто куда, старые же отношения уже не склеить. И вообще, если верить героине известного фильма, «в сорок лет жизнь только начинается". Значит, идем навстречу новой жизни".
Ее мысли прервал телефонный звонок.
— Настюша, выручи, дорогая. Не откажи, — попросил главврач их больницы.
— Что случилось, Василий Васильевич? — встревожилась не на шутку Анастасия Львовна.
— Съезди на совещание в городскую Администрацию, сегодня мэр города отчитывается в проделанной работе за год. Главное, сейчас только об этом сообщили. Я не могу оторваться от дел, как всегда, их гора, а Копылов, ты знаешь, приболел. Не обижаешься, надеюсь, что ставку зама главврача получил он, а не ты?
— Нет, конечно.
— Вот и умница, вот и правильно. Талантливые хирурги мне нужны в операционной, а в кабинете заместителя может посидеть Копылов, не велика премудрость.
Она быстро собралась и отправилась на совещание.
Пройдя на второй этаж здания, Анастасия Львовна оказалась в огромном актовом зале, где присутствовали руководители организаций, депутаты, представители административного ресурса. Мэр долго говорил о достижениях, как обычно, хваля себя, о проблемах, указывая на недоработки других, строил планы на ближайшее десятилетие.
Анастасия Львовна вдруг подумала о том, что отцы города привыкли играть словами, обещая народу манну небесную. Вот если бы их наказывали за каждый невыполненный пункт своей программы не по административной статье, а по уголовной, как за мошенничество, тогда бы такого словоблудия не было. А, может быть, и отцов города, беззастенчиво стремящихся к власти, значительно поубавилось бы.
Депутаты в большинстве своем признали работу Администрации удовлетворительной. Иного никто не ожидал.
— Петрова, ты, что ли? — вдруг услышала Анастасия Львовна, выходя из зала по окончании совещания. Она не сразу поняла, что этот вопрос адресован ей — столько лет не слышала свою девичью фамилию и уже давно привыкла к другой.
— Васька? Вольных? Ты? — она не ожидала увидеть здесь подругу детства и юности.
— Спокойно, какая я тебе Васька? Василиса Николаевна Вольных. Может, посидим где-нибудь в кафе, вспомним былое?
— А разве у тебя рабочий уже день закончен?
– Нет, но сейчас обеденное время.
— Хорошо, идем. Очень рада тебя видеть, дорогая.
Они сидели в кафе, находящемся недалеко от места работы Василисы Николаевны, и вспоминали прошлое, давно уже Анастасия Львовна так не смеялась.
— Ты же хотела стать учителем? В педагогический поступила.
— Я и стала истеричкой.
— Что-что?
— Да это мы так в вузе, на факультете, шутили, исторический — истерический. Окончила институт, некоторое время жила в Барнауле, сюда приезжала очень редко.
— Я тоже бывала здесь нечасто. Родители летом в своей деревеньке, а зимой в Энске, сейчас же в городской квартире живем мы с детьми. А как ты оказалась в Администрации?
— В мэрию помог устроить родственник мужа — не буду называть его фамилию, это известный в городе депутат. Поскольку за плечами истфак, меня определили в архив, работа нравится, потому что несложная, однако скучная, но и к этому я уже привыкла. Дочь — умница и красавица, тоже собирается поступать на исторический факультет университета. Муж — замечательный человек, о его достоинствах, известных многим, можно говорить бесконечно. Одно плохо: дома почти не бывает, потому что совмещает две крупные должности, но пока справляется, — сказала с гордостью подруга. — Послушай, я ведь тебя искала в соцсетях, но почему-то не нашла.
