Отлично… Пока я буду в этой комнате подготовьте к допросу магистра де Моле. А после допроса, независимо от того, что он скажет, бросите его в темницу. Всё понял?
ГЛАВНЫЙ КОМИССАР
Так точно, великий инквизитор.
(уходит)
Гильом заходит в комнату. В ней сидит сэр Норман, привязанный к стулу. Рядом столик и различными инструментами для пыток. Возле Нормана стоят два комиссара.
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
Я проведу допрос лично, а пока покиньте эту комнату.
Комиссары поклонились и вышли, закрыв дверь.
НОРМАН
Чего же вы хотите от меня добиться, великий инквизитор?!
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
(подходит к столику и проводит рукой по инструментам)
Только правду, сэр Норман, только правду.
НОРМАН
Правда одна – мы ни в чём не виновны, мы не отрекались от Христа, не плевали на крест и поклонялись порочным идолам!
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
(ходит по комнате)
Послушайте, Норман, мне нет дела до вашего разбирательства. Я пришёл к вам чтобы узнать кое-что для себя. У вас в подчинении был или остаётся рыцарь, сэр Генрих. Так вот он с помощью сторонников, в частности лорда Ричарда, смог сбежать из Тампля и из Парижа. Так вот скажите мне, куда он мог отправиться? Он молодой, не лорд, у него нет ни дома ни земли, так вот куда он мог поддаться? Скажите и допрос будет окончен.
(пауза)
НОРМАН
Кажется… я знаю куда.
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
Ну и?
НОРМАН
Но вам я не скажу.
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
Как же мне надоело это геройство!
(хватает раскалённое железо и прикладывает к плечу Нормана, тот кричит)
Мне известно о силе и упрямстве рыцарей. Но ведь они не должны забирать благоразумие, а, сэр Норман?
НОРМАН
Ладно! Ладно! Я скажу!
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
(убирает железо)
То-то же. Вот такие вы верные и преданные своему делу люди.
НОРМАН
Отец Генриха – лорд Симон, хозяин Ниццы. Он только туда мог бежать, больше у него родственников.
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
А разве Ницца ладит с нашим королём? Вроде же она в постоянно в войнах.
НОРМАН
Так перемирие выгодно для обоих.
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
Так бы и сразу. А то ваше геройство принесло лишь увечья. Хотя оно ничего другого никогда не приносит.
(идёт к двери)
Надеюсь, мы больше не увидимся, сэр Норман.
НОРМАН
Я тоже на это надеюсь.
Гильом выходит из комнаты. Его ждёт главный комиссар.
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
Ты всё это время здесь стоял?
ГЛАВНЫЙ КОМИССАР
Нет, буквально только что. Я пришёл сообщить, всё готово и уже все в сборе. Ожидаем только вас.
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
Так пошли, не будем заставлять всех ждать.
Идут по коридору.
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
От короля кто-нибудь прибыл?
ГЛАВНЫЙ КОМИССАР
Сам канцлер, великий инквизитор.
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
(останавливаются возле двери)
Это хорошо. Я давно хотел лично увидеть его.
Заходят внутрь. Жак де Моле сидит привязанный к стулу. Рядом с ним стоят два комиссара и Гийом де Ногаре.
ГИЙОМ ДЕ НОГАРЕ
Инквизитор Эмбер!
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
Канцлер Ногаре!
Жмут друг другу руки.
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
Для меня это честь.
ГИЙОМ ДЕ НОГАРЕ
Для меня тоже. Давайте узнаем у него все правды и неправды.
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
С радостью.
(пауза)
Предупреждаю, магистр, в ваших же интересах, чтобы мы не применяли инструменты на этом столике. Поэтому говорите правду и только правду.
(пауза)
И так. Великий магистр Жак де Моле, вы обвиняетесь как руководитель богохульного ордена! А именно, во время вступления в орден каждый кандидат должен был трижды отречься от Господа нашего Иисуса Христа и трижды плюнуть на крест! Вы признаёте это.
ЖАК ДЕ МОЛЕ
(растерянно)
Да, признаю!
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
Признаёте ли вы, что когда кандидат проходил дальше, то его освобождали от одежды, и тот кто его принимал целовал его в копчик, ниже пояса, затем в пупок, затем в рот, а затем говорил ему, что если один из братьев захочет предаться с ним плотским утехам, он должен это вынести по уставу ордена?!
ЖАК ДЕ МОЛЕ
(сквозь слёзы)
Да! да! Только не трогайте меня. Орден виновен во всех ваших обвинениях! Только прошу, не делайте со мной ничего! Я уже и так старый! Дайте дожить свои и так уже короткие года! Я соглашусь со всем! Только прошу, не пытайте!
(пауза, плачет)
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
Всё записал?
ГЛАВНЫЙ КОМИССАР
Так точно, великий инквизитор.
ГИЙОМ ДЕ НОГАРЕ
Я видел и слышал достаточно. Я немедленно доложу королю. Честно говоря, де Моле, уж от кого, а от тебя я такого не ожидал.
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
Так тому и быть. Ты справишься с парижскими рыцарями без меня?
ГЛАВНЫЙ КОМИССАР
Безусловно. А вы что будете делать?
ГИЛЬОМ ЭМБЕР
Мне тоже нужно доложить кое-что кое-кому.
РАССКАЗЧИК(ЗК)
(к телу одного рыцаря прикладывают раскалённую сталь)
Рыцари признавались не потому, что действительно были виновны, а потому, что они не хотели умирать. У многих из них были семьи и они не хотели их покидать.
(другому надрезали кожицу на подушечки пальца и постепенно стягивают ей. Рыцарь очень сильно кричит)
Те, кто были без семей, сопротивлялись сильней. Из-за этого палачи и надзиратели прибегали к самым суровым пыткам.
(третьего привязали к кругу и начали растягивать тело)
Инквизиция считала виновными тамплиеров, то есть делала то, что ей сказали, а тамплиеры считали еретиками инквизицию.
(четвёртого заводят в шкаф с шипами)
Но каждый, будь то член инквизиции или рыцарь-тамплиер, считал, что Бог на его его стороне. Но так ли это? Вы как думаете? На чьей он стороне?
