– Часть моих стрел сломалась во время путешествия в Пуатье, и мне нужно их заменить, – ответила Мэллори, не надеясь, что может быть с ним откровенна. Пока она не узнает, кто желает смерти королеве, ей следует быть осторожнее в разговорах.
– Вам уже приходилось делать стрелы?
– Да. – Девушка понадеялась, что он не спросит сколько, потому что она уже потеряла счет стрелам, изготовленным ею, чтобы заменить те, что были сломаны или потеряны ее ученицами. – Вы что-нибудь узнали о стрелах, которые я вам принесла?
– Их делал не я.
Мэллори попыталась сдержать разочарование. Неужели это все, что он узнал о стрелах, за все время, что они у него оставались?! Не желая обидеть старика, потому что ей нужна была его помощь, девушка спокойно сказала:
– Я так и знала. А вам известно, кто их сделал?
– Имени его я не знаю, – ответил мастер, положив древко, над которым трудился, на стол. Он поднял одну из стрел. – Эта стрела изготовлена мастером, она прямая и оперение выполнено отлично. – Ивон положил стрелу на стол и поднял другую, которая все еще была изогнута и не могла лежать ровно. – Эта стрела сделана не руками мастера, потому что не все перья взяты из одного и того же крыла. – Он пробежался пальцами по перьям, закрепленным шелковой нитью. – Видите? Это перо было поставлено позже в неудачной попытке подобрать подходящее к двум остальным, чтобы казалось, будто стрела полетит точно.
– Чтобы предполагаемая цель оказалась вне направления ее полета?
Мастер поднял на девушку усталый взгляд и протянул ей стрелу.
– Вы можете говорить без обиняков, миледи. Я знаю, как вы спасли королеву. Но ей ли на самом деле предназначался выстрел? Вполне возможно, что вы упустили из виду очевидную причину, по которой перо было поставлено таким образом.
Мэллори положила стрелу на стол.
– Стрелу умышленно испортили, чтобы она не попала в цель. Это сделали, чтобы всего лишь напугать королеву?
– Не исключено, – повторил мастер.
– Подарив стрелкам шанс незаметно ускользнуть или смешаться с остальными на пустыре, потому что всех занимала только одна мысль – убедиться, что королева не пострадала.
– Видимо, так.
– Не могу понять, как двум лучникам удалось подобраться так близко к королеве и никто из нас не заметил!
– Можно найти разные объяснения, как это могло случиться, но единственный способ узнать наверняка – это спросить тех, кто спустил тетиву. – Мастер снова вернулся к стреле, над которой работал.
Мэллори в задумчивости уставилась на лежавшие перед ней стрелы с белым оперением. Неуловимые убийцы оказались гораздо хитрее, чем она предполагала. Они устроили панику, всего лишь воспользовавшись негодной стрелой. Вздохнув, девушка отбросила погнутую стрелу и вернулась к работе над тонкими стрелами. Она собиралась изготовить хотя бы полдюжины.
Мастер Ивон поднялся, обогнул стол и заглянул ей через плечо.
– Это непрочные стрелы, миледи.
– Для моей цели годятся.
Мастер нахмурился.
– Я думал, вы здесь, чтобы охранять королеву. Эти стрелы способны лишь уколоть мужчину через одежду. Если он будет в кольчуге.
Мэллори резко повернулась к нему.
– Что вам известно о людях в кольчугах?
– Что вы имеете в виду? Воины надевают кольчуги, отправляясь на сражение, либо на войну, либо на турнир. Вот и все.
– Не слишком много, – сказала девушка, мысленно упрекая себя за то, что так всполошилась из-за простого замечания. Мастер Ивон проявил наблюдательность. И ничего больше.
Она вновь поторопилась, как и в тот раз, когда проткнула стрелой рукав посыльного короля Франции. Она не сможет защитить королеву, если будет действовать наобум. Но бывает, что иначе нельзя. Если бы она стала раздумывать, когда стрелы просвистели на берегу, ей не удалось бы спасти королеву.
– Я стараюсь побольше разузнать обо всех, кто живет во дворце, – призналась Мэллори, достаточно успокоившись, чтобы сказать правду.
– Глупый народ по большей части, – недовольным тоном произнес мастер, сел и откашлялся. – Только и знают, что болтать о любви. Не о настоящей любви, обратите внимание, а о той, что они называют… хм…
– Куртуазной любовью.
– Вот именно. Есть что-то неестественное в том, что мужчины позволяют женщинам указывать им, какой должна быть любовь. Но еще хуже, когда они рассказывают друг другу истории о мужчинах, которые любят женщин на расстоянии и никогда не пытаются что-нибудь предпринять.
Мэллори подняла ветку, которую обстругивала, и измерила толщину. Ветка еще не стала достаточно тонкой.
– Подобные истории выглядят довольно странно.
– Не так странно, как те дураки, что полагают, будто такая любовь приятнее, чем держать женщину в объятиях. Разглагольствуют о любви! – Мастер с отвращением сплюнул. – Это все равно что жить во дворце, полном евнухов! Вряд ли среди них найдется настоящий мужчина. Я бы посоветовал такой красивой молодой женщине, как вы, быть осмотрительнее, когда вокруг столько молодых мужчин, но единственное, о чем вам стоит беспокоиться, – чтобы не пострадали ваши уши под напором всех этих историй, песен и глупых стихов.
Мэллори рассмеялась.
– Я так и поняла. Но дамам, похоже, нравятся их ухаживания.
