По толпе гостей прокатился сдержанный смех. Я же даже не улыбалась. Смотрела на Равиля, который поднялся на сцену, и не могла пошевелиться.
Ему так шел этот костюм, но даже в нем Равиль выглядел не серьезным взрослым мужчиной, а уютным «своим парнем». Черная маска в цвет костюма из ажурных сплетений добавляла Равилю очарования, которым он покорял всех, кто на него сейчас смотрел.
Я покосилась на балкон с VIP-столиком. Катя с восхищением наблюдала за Равилем. Она даже поднялась со стула и подошла к перилам. Ее белое платье с блестками красиво переливалось, а волосы мягкими волнами спадали почти до поясницы.
Рапунцель и Джульетта в одном флаконе.
– Мое выступление должно было быть гораздо позже, но так уж вышло, что сегодня я не могу ждать.
У меня чуть сердце не остановилось, когда я увидела, как Равиль доставал что-то из внутреннего кармана. Толпа охнула, поняв, что в руке Краснова оказалась бархатная коробочка. В самый раз под…
– Это кольцо моей мамы, – в микрофон проговорил Равиль, глядя на открытую коробочку. – Оно много для меня значит, но, сами понимаете, носить его не смогу.
И снова гости смеялись и умилялись. Катя застыла, прижав тонкую ладонь к губам. Она бесполезно пыталась скрыть улыбку, такую чистую и счастливую, что я почувствовала себя ведьмой, которая пыталась помешать счастью принцессы.
– Сегодня я бы хотел, чтобы вы стали свидетелями того, как дарю это кольцо той, кого люблю всем сердцем.
Ответом ему стали аплодисменты. Когда они стихли, вокруг повисла тишина. Мир застыл в ожидании того, что будет дальше.
Я заметила, как некоторые гости включили камеры на телефонах, чтобы запечатлеть такой романтичный момент. Увидела, как Катя стала спускаться с балкона, а Александр вышел к гостям, чтобы тоже посмотреть на сына.
Тело молило о побеге, но я заставила себя замереть и наблюдать. Будет больно, но жирная точка лучше многоточия. Иначе отпустить все и забыть будет гораздо сложнее.
– Да, я бы хотел, чтобы вы видели, как надеваю это кольцо на руку девушки, с которой хочу связать жизнь, но…
Равиль захлопнул коробочку с колечком. Мне показалось, что воздух резко стал холоднее на несколько градусов.
Катя споткнулась на ступенях и остановилась. Отец Равиля с каменным лицом смотрел на сцену. Гости начали изумленно переглядываться.
– Но ее сегодня нет на этом вечере, а через пару часов ее не будет и в этом городе. Поэтому прошу меня простить, я должен бежать.
Равиль всучил микрофон шокированной скрипачке и поспешил к ступеням со сцены.
Вокруг воцарился хаос. Кто-то свистел и аплодировал, кто-то ругался, что Равиль устроил черт-те что. Но мало кто остался равнодушен.
Я бежала к сцене, расталкивая гостей и стараясь не потерять из виду Равиля. Но вдруг поняла, что он направлялся в мою сторону. В сторону выхода.
Дернув за ленточки на затылке, я сорвала маску и бросилась к нему, крича:
– Равиль!
Он услышал, в ту же секунду нашел меня взглядом и замер. Между нами были несколько метров и одна натянутая до дрожи нить, что тянулась от души к душе. В глазах Равиля плескался целый океан из нежности, и я больше не хотела ждать ни секунды, чтобы окунуться в него с головой.
Равиль сдернул маску и решительно направился ко мне, быстро переходя на бег. Мы встретились у нижних ступеней и мгновенно сплелись в объятиях, полных трепета и дрожи.
– Я искал тебя. Я так тебя искал! – горячо шептал он у моего уха между поцелуями, которыми осыпал мои виски, щеки и губы.
Почему мне казалось, что он говорил не только про сегодняшний вечер?
– Равиль, – выдохнула я, поглаживая его щеки и не обращая внимания на то, что на нас все смотрели. – Прости меня за все. За Демьяна, за то, что ушла сегодня, не дождавшись…
– Я думал, тебя напугало мое сообщение. – Он тяжело сглотнул и покачал головой. – Испугался, что поторопил события.
Мои брови удивленно выгнулись.
– Какое сообщение?
Равиль внимательно смотрел мне в глаза, пытаясь понять, не притворяюсь ли. Но я действительно не понимала, о чем речь, ведь отец Равиля раскрошил мой телефон еще до того, как успела в него заглянуть с утра.
– Кольцо! Кольцо! – кричали вокруг, и это начинало раздражать. Я хотела слышать только Равиля.
– Тина, я тебя… – начал он, но договорить так и не успел, ведь кто-то в толпе отчаянно завопил:
– Пожар!!!
– Нет… Нет! – Равиль выпустил меня и несколько секунд ошарашенно смотрел на занимающееся пламя, которое поднималось над конюшней, что виднелась вдалеке.
Люди вокруг кричали, кто-то уже вызывал пожарных, но я понимала, что машины не успеют доехать на край города. К моменту, когда они прибудут, конюшня и все лошади в ней будут уничтожены огнем.
Горло стиснуло отчаяние, легкие зажгло как от нехватки воздуха.
– Равиль! – выкрикнула я, но получилось сдавленно и едва слышно. Я так и не смогла остановить его, когда Равиль рванул в сторону конюшни.
