После привала эту идею осуществили на практике. Вскоре начали поступать первые сообщения о стычках с вражеским авангардом. Благодаря даль-связи, мы имели оперативную информацию. Как и предполагалось, враг к нашим активным действиям готов не был. Поэтому Торнблод, принявший командование над всеми тевтонскими силами (Герхардт остался рядом со мной, хотя и протестовал против этого), молниеносно расправился с теми кавалерийскими отрядами, которые вырвались слишком вперед. Об этих победах я велел сообщить всей армии. Еще несколько таких мелких стычек заметно подняли боевой дух войска. Некоторые, видя, что я разговариваю по даль-связи с Торнблодом, криками подбадривали союзников. Но, несмотря на эти мелкие победы, замедлить движение вражеского авангарда не удалось. Имперский командир просто подтянул разрозненные отряды разведчиков ближе к основным силам. Пришлось увеличить скорость и уменьшить время отдыха.
Так мы и шли, старясь как можно дальше оторваться от преследователей. Я на ходу учился организовывать марши у Герхардта, Лекора и Святополка. Понимая свое полное невежество в вопросах организации, я предоставил все это им, сознавая, что они справятся гораздо лучше меня. Главное как можно меньше вмешиваться в их действия. Как я говорил когда-то Артеру: лучше доверить дело профессионалам. На себя же я взял роль арбитра, когда требовалось из нескольких решений принять одно – здесь я больше полагался на здравый смысл, чем на знание тактики или стратегии. И, судя по тому, что мои решения встречались без споров, я пока справлялся. Иногда, правда, мне приходилось выполнять и роль громоотвода, когда кто-нибудь из этой троицы затевал ссору, доказывая, что надо делать так, а не иначе. И с каждым новым переходом ссоры возникали все чаще, раздражение нарастало.
– Мы не можем так бежать! – постоянно говорил Герхардт. – Пока у нас есть возможность, мы должны выбрать место и вступить в бой! Необходимо разгромить преследующий нас авангард!
– А почему вы думаете, что нам это удастся? – осведомился Лекор. – Их в два раза больше, чем нас.
– Врагов не считают, их бьют! – горячился Герхардт.
– Допустим, мы победим, – заявил более спокойный Святополк. – Но вопрос в другом: какой ценой мы добьемся победы? Если мы победим и потеряем много солдат, то какой толк будет в ней?
– А если они не примут бой? – задумчиво спросил я. – Я бы на их месте так и сделал.
– Что?
– Ну подумайте, ведь им не надо нас разбивать прямо сейчас. Допустим, мы займем выгодную позицию, это увидит командир преследующего нас авангарда. Что ему стоит просто встать напротив нас и ожидать, когда подойдут основные силы? Мы не сможем уйти с позиций на виду у противника, а если сами пойдем в наступление, то это резко уменьшит наши шансы на победу, поскольку придется покинуть укрепленные позиции.
Трое полковников растерянно переглянулись.
– Командир не захочет делить победу, – неуверенно возразил Герхардт.
– А если захочет?
– Пожалуй, эта идея не самая лучшая, – признал после небольшой паузы Святополк.
После этого совещания мы снова отправились в путь. Несмотря на телеги, в которых ехали пехотинцы, общая усталость была значительной. Я понимал, что так долго продолжаться не может. Мне самому уже требовалось прибегать к дей-ча, чтобы не заснуть на ходу от усталости, а что делать остальным, кто не владеет этой техникой? Долго так продолжаться не могло. Однако скрепя сердце, я вынужден был отдать приказ увеличить скорость движения.
– Солдаты долго не выдержат так, Энинг, – осуждающе заметил Герхардт.
– Долго не надо. Нам необходимо успеть к перекрестку и чтобы там нам никто не мешал хотя бы в течение шести часов. Есть у меня одна идея… – Я забрал тактическую карту того района у своего начальника штаба и теперь изучал ее каждую свободную минуту, выискивая возможность выхода. Идеи у меня не было, но надо же что-то сказать, чтобы ободрить людей.
– Трел, – повернулся я к крестьянину, который теперь постоянно находился рядом со мной, поскольку мне часто требовалось уточнить ту или иную информацию по местности. – Ты знаешь левую, более удобную дорогу?
– Это которая к ведет к Рек-Ктаргу?
Я сверился с картой.
– Да.
– Что можно сказать? Это караванная дорога, которая связывает остальную часть империи с портом. Она широка и удобна, правда, в ней есть одно место… Там идет плавный подъем, который резко переходит в крутой спуск. И это место не самое широкое. Но вообще-то это самый опасный отрезок на всей дороге. Только если вы захотите там устроить засаду, ничего у вас не выйдет, – поспешил добавить крестьянин, увидев мою заинтересованность. – Спрятать армию, даже такую небольшую, там можно только на спуске, и в этом случае вам придется атаковать снизу вверх.
– Не слишком ли ты хорошо разбираешься в тактике, для простого крестьянина? – подозрительно спросил Святополк. Меня это тоже заинтересовало, и я вопросительно посмотрел на Трела.
Тот пожал плечами.
– Я и не говорил, что всю жизнь был крестьянином. Я довольно долго служил в имперской армии…
