Мне захотелось прямо сейчас поделиться с ним своими мыслями, но я огромным усилием воли сдержал себя. И дело тут вовсе не в недоверии. Виной всему мой проклятый характер. Мой план вовсе не безупречен, более того, даже толком не проработан. Я слишком много оставил на импровизацию, все-таки трудно заранее сказать, как отреагирует противник. Герхардт обязательно начнет разбирать этот план по косточкам и найдет много неувязок и ошибок. А, зная себя, я понимал, что начну сомневаться, а потом и вовсе откажусь от него. Но и молчать нельзя. Все-таки я не профессионал. Мой план – это импровизация, замешанная на логике с толикой интуиции и здравого смысла, а также знаний, почерпнутых из немногих приключенческих книг. Слишком слабый фундамент. Поэтому я просто поделился своими рассуждениями о возможности ловушки для противника на любой из горных дорог и возможных последствиях. Потом попросил обдумать ситуацию и представить планы по возможному выходу из этой ловушки.
Ночью, когда мы остановились отдохнуть и выставили усиленную охрану из-за близости врага, я заметил, что теперь уже Лекор, Святополк и Герхардт обложились картами и ползают по ним при свете факелов, о чем-то оживленно споря.
В пять утра, когда мы стали собираться в дорогу, все трое подъехали ко мне. Все довольно угрюмы. Это настолько бросалось в глаза, что солдаты с тревогой поглядывали на них.
– Милорд, – начал Герхардт. – Мы обдумали ситуацию. У нас есть одно предложение. – Герхардт отвел глаза.
– Слушаю.
– Мы не должны лезть в горы. Наши солдаты не имеют опыта войны в них. Мы предлагаем идти прямо и постараться прорваться сквозь заслоны, выставленные на мосту через реку.
– В то время когда нас по пятам преследует авангард врага? – недоверчиво спросил я.
– Верно, в этом случае у нас нет никаких шансов. Но у развилки мы можем отправить небольшой отряд в горы, якобы арьергард армии. За ним наверняка увяжется и вражеский авангард. Это даст нам гораздо больше времени.
– А что будет с тем отрядом?
Герхардт посмотрел мне в глаза.
– Он погибнет. Но погибнув, он может спасти остальных. И я сам возглавлю этот отряд. Арьергард должен быть из тевтонов, поскольку враг уже привык к этому и ему покажется подозрительным, если мы этот порядок поменяем.
– Нет! – выдохнул Рон, прислушивающийся к нашим словам.
– Само собой, пойдут только добровольцы.
– Я пойду! – Артер выскочил вперед из-за спины Рона.
Я вырвал карты из рук Герхардта и сунул их в седельную сумку.
– Никто не пойдет. По крайне мере пока. До перекрестка еще сутки пути. Там видно будет. А вы, Герхардт, все же постарайтесь обдумать другой вариант. Может так получиться, что ваш план окажется бесполезным. В частности в том случае, если реку держат гораздо большие силы, чем мы думаем.
Этот день прошел спокойно. Солдаты упорно шли вперед, превозмогая усталость. Вражеский арьергард не отставал. По сути, шла гонка, кто успеет первым. Судя по докладам нашего арьергарда, мы эту гонку выигрывали с шестичасовым отрывом. Именно столько времени мне и нужно. Все это время мне не давал покоя план, предложенный Герхардтом.
Ночь прошла тревожно, каждую минуту ожидали нападения, хотя всем было известно, что враг еще далеко. Утром снова изматывающий марш. К перекрестку мы подошли даже раньше полудня. Я велел разбить лагерь.
– Энинг, зачем? – Герхардт подъехал ко мне.
– Дождемся разведчиков Лекора. Они должны скоро вернуться.
– Лучше отправляться вперед. Пойми, это единственно возможный вариант.
– Нет. Герхардт, займись устройством своих людей.
– Энинг…
– Это приказ!
Герхардт поклонился и удалился. Следом подошел Лекор. После того как и ему не удалось убедить меня принять их план, подъехал Святополк. Я послал их всех к чертям и велел не беспокоить меня до тех пор, пока не появятся разведчики. Разведчики Лекора стали возвращаться через час. Новости, доставленные ими, заставили нахмуриться всех. Врагов, которые перекрывали дорогу, оказалось значительно больше, чем предполагали Герхардт и остальные. Даже значительно больше, чем предполагал я. Из известий, принесенных разведкой, следовало, что имперцев около пятнадцати тысяч, и они не просто стоят там лагерем, а построили укрепления. Сначала в оценке численности усомнились, но следующий отряд разведчиков доставил пленного, который полностью подтвердил эти данные. Положение было настолько серьезным, что совет собрался в несколько расширенном составе. Пригласили даже Ауредия. Здесь же присутствовал и Угланд. Вообще-то он присутствовал на каждом совещании и что-то постоянно записывал. Однако сам он предпочитал молчать и не привлекать к себе внимания.
– Я говорил, что надо сдаваться! – сразу закричал Ауредий. – Теперь убедились, что мы полностью окружены?
– Мы можем уйти в поля, – предложил кто-то из рогнарцев. Это предложение было настолько глупым, что на него даже не стали отвечать.
– Интересно, почему они с такими силами не выступили нам навстречу? – задумчиво проговорил Святополк.
