Либо дракон все же вылупился, мысленно договорил Дунк. Если в Вестеросе вновь объявится живой дракон, и знать и простой народ валом повалят к владеющему им принцу.
— Могу я поговорить со своим… оруженосцем, милорд?
— Как вам будет угодно, сир. — Батервелл снова стал на молитву, а Дунк отвел Эгга в сторону и опустился на одно колено, чтобы видеть его лицо.
— Я вот тебе так двину по уху, что глаза на затылок съедут до конца жизни.
— Следовало бы, сир. — У Эгга все же достало совести, чтобы покаяться. — Простите меня. Я хотел только послать отцу ворона.
Чтобы Дунк мог остаться рыцарем… благие намерения.
— А с ним ты что сделал? — спросил Дунк, покосившись на Батервелла.
— Напугал его, сир.
— Да уж вижу. Скоро он себе коленки до крови сотрет.
— А что было делать? Мейстер, увидев отцовский перстень, сразу привел меня к ним.
— К ним?
— К лордам Батервеллу и Фрею. Стражники тоже там были — все всполошились из-за пропажи яйца.
— Ты его, надеюсь, не брал?
— Нет, сир. Мейстер показал перстень лорду Батервеллу, и я понял, что дела мои плохи. Хотел сказать, что украл его, но лорд бы мне не поверил. Тут мне вспомнилось, как отец повторял слова Красного Ворона — чем самому, мол, пугаться, лучше пугай других. Я и сказал, что отец прислал нас шпионить, а сам идет сюда с войском. Отпустите-де меня, ваша милость, и расстаньтесь с изменниками, если желаете сохранить голову на плечах. Сам не ожидал, что это так на него подействует, — сказал Эгг со скромной улыбкой.
Дунку захотелось крепко встряхнуть мальчишку, чтоб зубы задребезжали. Нашел чем играть! Так и жизни лишиться недолго.
— Лорд Фрей тоже это слышал?
— Ну да. Пожелал лорду Батервеллу счастья в браке и объявил, что возвращается к себе в Близнецы. Тут-то его милость и привел нас сюда — помолиться.
Фрею-то хорошо, а Батервеллу куда бежать? Скоро он, впрочем, начнет удивляться, почему это принца Мейекара с войском до сих пор нет.
— Если бы Пек узнал, что ты в замке…
Двери септы с грохотом распахнулись, и ворвался Том Хедль в кольчуге и панцире. Вода струилась на пол с его плаща, позади толпились человек десять латников с топорами и копьями. Сверкнувшая в небе молния бросила тени на каменный пол, ветер взметнул огоньки свечей.
Семь преисподних, мелькнуло в голове у Дунка.
— Вот он, мальчишка, — сказал Хедль. — Берите его.
— Стойте. — Батервелл встал с колен. — Не смейте его трогать. Что это значит, Томмард?
— Не у всех нас молоко в жилах, ваша милость, — презрительно бросил Хедль. — Я забираю мальчика.
— Ты ничего не знаешь, — тонким голосом вскричал Батервелл. — Мы разоблачены. Фрей бежал, за ним последуют остальные. Принц Мейекар идет сюда с войском.
— Тем больше причин взять его сына в заложники.
— Нет! Я не желаю больше сражаться за лорда Пека с его самозванцем.
— Трус, — плюнул Хедль. — Не будешь сражаться — умрешь, милорд. Эй, люди! Оленя за первую кровь.
— Остановите их, слышите? — крикнул Батервелл своим стражникам. — Я вам приказываю! — Солдаты с той и другой стороны медлили, не зная, кого им слушать.
— Придется самому, видимо. — Черный Том обнажил свой длинный меч, Дунк сделал то же самое.
— Держись позади меня, Эгг.
— Сложите оба оружие! — завизжал лорд. — Я не допущу кровопролития в септе! Этот человек — присяжный щит принца, сир Томмард! Он вас убьет!
— Разве что упав на меня, — оскалился Хедль. — Я видел его на турнире.
— Мечом я владею лучше, — предупредил Дунк. Хедль хмыкнул и ринулся в наступление.
Дунк отпихнул Эгга назад. Первый удар пришелся на щит, и перевязанную руку прошило болью. Ответный выпад он направил в голову Хедля, но тот увернулся и снова взмахнул мечом — Дунк едва успел щит подставить. Хедль со смехом продолжал наступать, нанося удары снизу, сверху и опять снизу. От щита летели щепки, боль становилась невыносимой.
— Бейте его, сир, — крикнул Эгг. — Вот же он, бейте!
Рана Дунка открылась, рот наполнился кровью, голова закружилась. Черный Том разносил вдребезги его большой щит.
— Какой ты рыцарь, — сказал Черный Том. — Ты плачешь, что ли, дубина?
У Дунка и правда выступили слезы — от боли. Он вскочил и двинул врага щитом.
Черный Том отшатнулся, но устоял на ногах. Дунк, пользуясь своей силой, оттеснил Хедля на середину септы и ударил его мечом по бедру. Хедль завопил; Дунк подставил щит под заполошный ответный удар и опять рубанул что есть силы. Хедль с ужасом проводил взглядом свое предплечье, упавшее на пол перед алтарем Неведомого.
— Ты, — прохрипел он, — ты…
— Я ж вам говорил, что мечом владею лучше, — сказал Дунк и пронзил ему горло.
Двое солдат Хедля тут же улепетнули, остальные нерешительно топтались, сжимая копья.
— Злое это дело, — выговорил их лорд. — Надо уходить, пока эти двое не доложили обо всем Гармону Пеку, сир Дункан. У него здесь друзей больше, чем у меня. В северной стене есть калитка, через нее и скроемся… скорее, надо спешить.
