– Говорил ли он, что мы намерены включить Кашфу в Золотое Кольцо и признать ее права на Эрегнор?
Мне не понравилось, как он это спросил. Чтобы не подводить Билла (похоже, когда мы разговаривали, эти планы были еще засекречены), я ответил:
– Боюсь, что не запомнил таких подробностей.
– Ладно, это, собственно, то, что я предполагал сделать, – сказал Рэндом. – Мы редко даем такие гарантии одной стране-союзнице в ущерб другой. Но Арканз, герцог Шедбурн, вроде как припер нас к стенке. Он – лучший кандидат на трон, и, как только со сцены исчезла рыжая стерва, я начал расчищать дорогу ему. Он понимал, что может меня растрясти, поскольку идет на риск, принимая трон после двух династических смен, поэтому попросил Эрегнор. Я согласился.
– Все понятно, – сказал я, – кроме одного: какое это имеет отношение ко мне.
Рэндом повернул голову, искоса взглянул на меня:
– Коронация должна была состояться сегодня. Собственно, я собирался одеться и отправиться туда…
– Ты говоришь в прошедшем времени, – заметил я, чтобы заполнить наступившую паузу.
– Именно. Именно. – Рэндом прошелся по комнате, поставил ногу на разбитую статую, обернулся ко мне: – Добрый герцог убит или в застенке.
– И коронации не будет.
– Au contraire[14], – отвечал Рэндом, не спуская с меня глаз.
– Сдаюсь, – сказал я. – Объясни, что произошло.
– Сегодня на заре произошел переворот.
– Дворцовый?
– Возможно, и дворцовый тоже. Но поддержали его внешние военные силы.
– А куда смотрел Бенедикт?
– Вчера я велел вывести к моему приходу войска. Все выглядело спокойным, и не хотелось, чтоб коронация проходила в присутствии солдат Амбера.
– Понятно. Значит, едва Бенедикт вывел войска, кто-то ввел свои и сместил будущего короля, а местная полиция не усмотрела в этом ничего дурного?
Рэндом медленно кивнул.
– Примерно так, – сказал он. – Как ты думаешь, почему бы это?
– Может, нынешнее состояние дел устраивает их больше.
Рэндом улыбнулся и щелкнул пальцами.
– В точку! Другой бы решил, что ты все знал заранее.
– Другой бы ошибся.
– Сегодня твой бывший однокашник Люкас Рейнард станет Ринальдо I, королем Кашфы.
– Черт меня дери! – воскликнул я. – Никогда бы не подумал, что ему это нужно. И как ты собираешься поступить?
– Не пойти на коронацию.
– Я хочу сказать, потом.
Рэндом вздохнул, отвернулся, пхнул ногой обломок.
– Ты считаешь, я пошлю Бенедикта его низложить?
– Вкратце, да.
– Это нас, мягко говоря, не украсит. То, что сделал Люк, вполне вписывается в тамошнюю политику. Мы ввели войска и положили конец сумятице. Мы могли бы ввести их снова, если б мятеж поднял полоумный генерал или охваченный манией величия придворный. Однако Люк имеет все основания претендовать на трон – даже больше, чем Шедбурн. К тому же он любим. Молод, умеет нравиться. Новое вторжение непросто было бы оправдать. Даже так я бы согласился, чтоб меня назвали агрессором, лишь бы убрать с престола этого убийцу, сына стервозной бабы. И тут мой человек в Кашфе сообщает, что Люку покровительствует Вайол!.. Я спросил ее. Он сказал, что это правда и что все произошло при тебе. Она не могла отойти от Дворкина – вдруг ему понадобится помощь – и обещала рассказать позже. Только не могу ждать. Объясни, что случилось.
– Скажи мне прежде еще одну вещь.
– Какую?
– Что за воинские силы привели Люка к власти?
– Наемники.
– Далтовы?
– Да.
– Ясно. Люк отрекся от вражды к Дому Амбера, – сказал я. – По доброй воле, после разговора с Вайол, каких-то несколько дней назад. Тогда она и дала ему кольцо. Мы собирались в Ардены, и я счел, что она хотела защитить Люка от Джулиана.
– Это был ответ на так называемый ультиматум Далта Люку и Джасре?
– Ага. Мне и в голову не приходило, что все подстроено, чтобы Далту с Люком объединиться и нанести удар. Вероятно, и само сражение было разыграно. Теперь я думаю, что Люк с Далтом успели переговорить заранее.
Рэндом поднял руку.
– Погоди! Расскажи-ка мне все с самого начала.
– Хорошо.
Я рассказал. К тому времени как я закончил, мы успели бессчетное количество раз пересечь мастерскую из угла в угол.
– Знаешь, – промолвил Рэндом наконец, – сдается мне, Джасра все подстроила еще до того, как превратиться в мебель.
– Мне тоже так кажется, – сказал я, надеясь, что Рэндом не спросит, где она сейчас. Чем больше я размышлял, вспоминая нашу беседу после нападения на Страж Четырех Миров, тем больше убеждался: она не только знала, что с Люком, но и общалась с ним уже после меня.
– Ловко они все провернули, – заметил Рэндом. – Далт, похоже, действовал в соответствии со старым приказом. Он не знал наверняка, как выйти на Люка или на Джасру за новыми указаниями, и поэтому рискнул повести ложную атаку на Амбер. Бенедикт, с его умением и превосходящими силами, вполне мог снова стереть Далта в порошок.
– Верно. В смелости негодяю не откажешь. К тому же это означает, что Люк успел закрутить интригу и договориться о «сражении» во время их недолгой встречи в Арденах. Получается, он владел ситуацией и сумел внушить нам, будто находится в плену, а значит – Кашфе не грозит никакая беда. Если, конечно, считать его бедой.
– А чем же его еще считать?
