– Выпей.
– Я так рано не пью.
– Это не спиртное, а лекарство, – пояснил он. – Ты на грани срыва, хотя, вероятно, сам того не понимаешь.
Я осушил бокал; жидкость обожгла, как спирт, хотя по вкусу была чем-то другим. В следующую минуту я начал отходить от напряжения, которого до того не замечал.
– Корэл, Мэндор… – начал я.
Дворкин взмахнул рукой, и передо мной повис светящийся золотой шар. Новый взмах руки – знакомый, – и на меня снизошло что-то вроде Знака Логруса, но без Логруса. В шаре возникла картинка.
Часть коридора, где произошло столкновение, была разрушена, а заодно – лестница, комнаты Бенедикта, а может быть, и Джерарда. Исчезли покои Блейза, часть моих, гостиная, где я недавно сидел, западный угол библиотеки, а также пол и потолок. Внизу я видел раскуроченную кухню и арсенал. Я поднял глаза (удобная все-таки штука – волшебный шар) и увидел небо. Значит, взрывом разнесло третий и четвертый этажи, возможно, задело и королевские апартаменты, и лестницу, и лабораторию, и кто еще знает что.
Над пропастью, возникшей на месте комнат Блейза и Джерарда, стоял Мэндор. Правая рука его, очевидно сломанная, была засунута под широкий черный пояс. На левом плече повисла Корэл, с лица ее капала кровь. Не уверен, что девушка была в сознании. Мэндор левой рукой держал ее за талию, вокруг них вращался металлический шар. Наискосок через пропасть стоял на балке Рэндом. Мартин располагался чуть ниже и сзади, в руке он по-прежнему держал саксофон. Рэндом был вне себя и, судя по мимике, что-то орал.
– Звук! Звук! – потребовал я.
Дворкин взмахнул рукой.
– … анный лорд Хаоса взорвал мой дворец! – кричал Рэндом.
– Дама ранена, Ваше Высочество, – сказал Мэндор.
Рэндом провел рукой по лицу. Взглянул наверх.
– Если есть какой-нибудь способ добраться до моих комнат, то Вайол весьма искусна в некоторых видах врачевания, – произнес он, смягчаясь. – И я, кстати, тоже.
– Где это, Ваше Высочество?
Рэндом наклонился и вывернул голову вверх.
– Похоже, дверь вам не понадобится, но не знаю, уцелела ли лестница и как вам до нее добраться.
– Я справлюсь, – сказал Мэндор.
Из воздуха вынырнули два шара и закружились по эксцентрической орбите вокруг него и Корэл. Вскоре оба уже плыли к указанному Рэндомом пролому.
– Сейчас подойду, – крикнул им вслед Рэндом. Он явно хотел что-то добавить, но, взглянув на разрушения, повесил голову и отвернулся. Я тоже.
Дворкин протянул мне вторую порцию зеленого снадобья, я выпил. Оно, похоже, еще и успокаивало.
– Мне надо к девушке, – сказал я. – Она мне симпатична, я должен убедиться, что с ней все в порядке.
– Конечно, я могу тебя к ней перенести, – ответил Дворкин, – хотя не думаю, чтоб от тебя там был какой-то особый прок. Лучше бы ты поискал своего беглого сыночка. Надо, чтобы Призрак вернул Судный Камень.
– Обязательно, – согласился я. – Но прежде я должен увидеть Корэл.
– И задержаться там, – сказал Дворкин. – Начнутся расспросы.
– И пусть.
– Что ж, как хочешь. Минуточку.
Он снял с крючка на стене что-то вроде жезла или палочки в ножнах, ножны прицепил к поясу, подошел к шкафчику, достал из ящика плоскую кожаную коробочку. Она металлически звякнула, опускаясь в карман. Маленькая драгоценная шкатулка исчезла в рукаве без звука.
– Сюда, – сказал Дворкин, беря меня за руку.
Мы пошли в темный угол комнаты, где висело не замеченное мною высокое зеркало в причудливой раме. Оно имело странное свойство: издали я отчетливо видел и комнату, и нас с Дворкином, но чем ближе мы подходили, тем больше изображение расплывалось. Я прекрасно понимал, что сейчас будет, и все равно зажмурился, когда Дворкин, шагнув сквозь мутное стекло, дернул меня за собой.
Я споткнулся и чуть не полетел носом. Пришел я в себя в золотой половине разрушенных королевских покоев, перед большим декоративным зеркалом. Я постучал по нему пальцем, но стекло оставалось сплошным. Впереди виднелся горб Дворкина – старик все так же держал меня за руку. За его профилем – словно карикатурой на мой собственный – я различал выдвинутую из западного, взорванного угла кровать и огромную дыру в полу. Возле кровати, спиной к нам, стояли Рэндом и Вайол. Они занимались Корэл, которая без чувств лежала на покрывале. Мэндор сидел в глубоком кресле в ногах кровати и наблюдал. Он первым заметил меня и кивнул.
– Как… она? – спросил я.
– Сотрясение, – отвечал Мэндор, – и правый глаз поврежден.
Рэндом обернулся. Не знаю, что он хотел сказать мне, но слова замерли у него на губах при виде моего спутника.
– Дворкин! – выговорил король. – Сколько воды утекло! Я уж не знал, жив ли ты. С тобой… э-э… все хорошо?
Карлик хихикнул:
– Я тебя понял, и я в своем уме. А сейчас я хотел бы осмотреть даму.
– Разумеется, – сказал Рэндом, отходя в сторону.
– Мерлин, – обратился ко мне Дворкин, – постарайся отыскать это свое порождение. Пусть вернет, что взял.
– Хорошо, – отвечал я, вынимая карты.
В следующие несколько минут я тщетно силился достучаться…
– Я услышал тебя несколько минут назад, папа.
– Камень при тебе?
– Да, я только что с ним покончил.
– Покончил?!
– Кончил его использовать.
– И как же ты его… использовал?
