— Все! Выключайте свет, сейчас мы будем делать колбасу из него! — выкрикнул Йорик. Началась суматоха. Под дикий ржачь парни отлупили Мировое Зло по заднице.
Шутки шутками, но за ними последовали ужастики. Рассказывал их Лысый! Еще и так рассказывал, что волосы дыбом становились, а Зло перестало подтачивать наш запас продовольствий. Даже водитель заслушался и выключил Круга.
— Машина свернула на дорогу, а там как раз маньяк подоспел. Такой, дядька с топором, вроде бы шел мимо, домой, дрова рубить. Но он взял и зарубал, сначала водителя, потом всех, кто сидел в автобусе…
И повисла полная тишина. Благодарный слушатель в лице водителя из-за рассказа пропустил поворот и только в финале понял, что мы заблудились. А на дворе темно и поздно, спрашивать дорогу было не у кого. Мы вглядывались в улицы, надеясь найти хоть одного проводника. И вдруг… Мужик! Один! На дороге! Среди ночи! С топором!
Наш водитель проезжает мимо со словами: «Ну, его к черту!»
В детский лагерь мы приехали часов в десять вечера. Нас встретил знакомый Лысого и проводил в сушилку, где мы должны были жить ближайшие три дня. Кроме нас и сторожа на территории больше никого не было. Сушилка — это одна комната с большой теплой печью. Мы разложили матрасы на полу, расстелились, бросили вещи. Лысый растопил печь, и все легли спать. В основном по парам. Так как я обиделась на Йорика и Свету, не разговаривала с Олькой и Фимой, а Аллу терпеть не могла, то ходила за Глебом, как привязанная. Спать легла, естественно рядом с ним. Но он же храпел!
А еще ночью пошел дождь. Я смотрела на ветки, напоминающие жуткие ручищи, тянущиеся к окну, и мне такое мерещилось!..
Глеб с его дурацкими ужастиками!.. Я никак не могла уснуть. На дворе, как на зло, не на шутку разыгралась гроза. Сверкали молнии. Все сотрясалось от грома. А в доме все спали, как убитые. Мои глюки усилились.
После очередного видения, я не выдержала, замоталась в плед и побрела к Йорику. Друг спал. Крепко. Я замерла в нерешительности: будить его или нет. А он решил перевернуться на другой бок, и…
В общем, момент, когда он раскрыл глаза, совпал с очередной молнией. Меня парень увидел в самом благоприятном для ночных кошмаров свете. Ну, аки смерть костлявая…
— Аааа! — заорал дурным голосом Йорик, пробудив всех, кто мирно храпел в комнате.
— Где? — оглянулась я, боясь увидеть маньяка с окровавленным ножом.
— Алиска, ты что ли? — присмотрелся ко мне товарищ.
— Чего бродишь среди ночи? — злобно поинтересовался Вася, я запустила в него тапкой.
— Сопи себе в стеночку! — рявкнула я и, вернувшись к разговору с Яриком, шаркнула ножкой. — А можно я с тобой спать буду?
— Страшно? — понял друг.
— Да нет, просто…
Не успела договорить, как Лысый решил проверить мою храбрость и бросил на меня паука. Я орала громче Йорика, а потом лупила пледом парня, обещая начистить ему череп наждачкой.
— Все, Киса, успокойся, — утихомирил меня Вася, когда Лысый забился в угол и просил пощады.
Я обернулась. Йорик откинул свое одеяло, предлагая лечь рядом с ним. Я юркнула к нему под бок и, прижавшись, мирно уснула, забыв об обидах.
— Ты еще такая маленькая! — услышала обидное замечание от него.
— Зато ты взрослый, большой и теплый! — пробурчала я, перечислив все его достоинства, как телогрейки, а не парня.
Сначала я не могла согреться, а потом наоборот, мне стало очень жарко. Потому мой плед частично оказался на матрасе Левы. Я приоткрыла один глаз. В комнате все еще досматривали сны. Парень лежал меньше, чем в метре от меня, и моя рука как раз преодолевала часть этого расстояния, поскольку лежала под пледом, где-то посередине (я ночью ворочаюсь и не удивительно, если Йорик проснется, обнаружив мою ногу у себя на пузе). Я снова зажмурилась. Мне почему-то очень захотелось, чтобы Лев взял меня за руку.
Я чувствовала, как от явного сильного желания нагреваются мои пальцы, ведь рука Лёвы находилась в сантиметре от моей, на виду. Я не шевелилась. Надеялась. Ждала. Но ничего не произошло ни минутой спустя, ни двумя минутами позже. Лишь, когда прошло долгих и мучительных пять минут, и моя голова уже закипала от мысли: «Почему он так далеко?!» — Лев, как бы незаметно просунул руку ко мне под плед и положил ладошку поверх моей. Сквозь прищур, из-под ресниц посмотрела на него. Он улыбался. А мне стало так хорошо, что я решила подольше притворяться спящей. Но как такое возможно, если кроме нас в помещении присутствовало еще семь человек? И один из них был очень буйным…
— Подъём! — заорал мне в самое ухо Йорик, сбросив с пуза мою ногу ради того, чтобы ухватиться и потянуть за нее. Таким образом он стащил меня с матраса в центр комнаты. — Она твоя!
