– Ты что, с ума сошел? Какой из меня управляющий? Я же в этом совсем не разбираюсь. Там, наверное, столько знать надо.
– Ничего, научишься. Дарья, когда туда пришла работать к своей тетке, тоже ничего в этом не понимала. Но разобралась. И ты разберешься.
– А вдруг у меня не получится?
– Ну а если не получится, продам магазин – и все.
– Ладно. Давай попробую. Только чур уговор.
– Какой?
– Если что-то мне будет сложно, я попрошу сестру мне помочь. Ты же не возражаешь?
– Конечно нет. Делай как хочешь.
– Ладно, – довольно улыбнулась Мила и посмотрела на нетронутую чашку рядом с ним. – Ты чай не любишь?
– Если честно, то не очень. Я бы лучше кофе выпил.
– Хорошо, сейчас сделаю.
И вот снова тот же укол изумления. Потянись он раньше к кофемашине в вечерний час, прослушал бы часовую лекцию о вреде кофеина на ночь, ослином упрямстве и дурных манерах. Илья пробовал убедить супругу, что спится ему после этого ничуть не хуже, чем после стакана теплого молока. Но аргумент на Скобу не подействовал. Сказала, что нельзя, значит, нельзя. А Мила спорить не стала. Просто легко вскочила и взяла чистую чашку. Все-таки чертовски приятно, когда с тобой считаются.
Глядя на то, как она сосредоточенно разбирается в работе аппарата, Погуляев вдруг поймал себя на мысли, что вопрос «Что теперь делать?» как-то потерял градус актуальности. Нельзя было сказать, что бытовые проблемы мигом рассосались. Со Скобой, конечно, он о них вообще не думал. Вряд ли это милое существо, тыкающее во все кнопки подряд с нахмуренным лобиком, способно заменить Дарью. В бытовом смысле она против Дарьи была как мальтийская болонка против добермана. Но Мила казалась такой уютной и безмятежной, что это становилось уже и неважно.
Они посидели еще и о чем-то поговорили. Но чай был выпит, кофе тоже закончился, пора было уходить. Алла и на этот счет проинструктировала: «Пришла, накормила, вымыла посуду и ушла. Нельзя навязываться и что-то предлагать: пусть к постоянному присутствию привыкает постепенно. Поторопишься – все испортишь».
– Ну ладно, уже поздно. Я пойду, – Чистякова со вздохом поднялась со стула и направилась в прихожую.
– Так поздно уже, – растерялся Илья.
– Тем более. Утром рано на работу вставать. На завтра еды у тебя еще хватит, а послезавтра я приеду и еще что-нибудь привезу.
– Мила, перебирайся жить ко мне, – неожиданно для самого себя предложил Погуляев.
Поехать посмотреть здание бывшей клиники, где работал Вельде, хотелось неописуемо. И главное – найти виварий. Если от него, конечно, хоть что-то осталось. Была бы возможность, Самойлова поскакала бы туда на голове немедленно. Но договорились ехать все вместе, и теперь приходилось ждать Кирилла. Жутко обидно сидеть и ничего не делать. Ведь выяснили и нашли уже почти все – год, имена и фамилии, рыцаря, дом Евы и больницу. Остался только ангел.
Она в последнее время только о нем и думала. В ее представлении тот должен быть большой, белый, с распахнутыми крыльями. Что-то наподобие статуи богини Ники в Лувре. Но потом Кира прикинула, что такую монументальную фигуру вряд ли стали бы ставить в больнице. И масштаб произведения искусства сразу значительно уменьшился, и крылья сложились за спиной сами собой. Фигура претерпела метаморфозы, но вопрос остался. Что вообще делать ангелу, пусть даже размером с человека, в клинике? Это же не музей. Какую-нибудь молельню еще представить можно, но там должны быть иконы, а не статуи. Вера-то православная, а не католическая. Скульптуре, скорее, место в больничном сквере, но такая локация с кладом не вяжется. Место проходное, если кто-нибудь станет рядом копать яму, чтобы спрятать сокровища, обязательно прохожие заметят. Если и не заметят, то все равно плохой вариант. Заставлять любимую женщину махать по ночам лопатой негуманно и неромантично. И статуэтка на столе для этой цели не годилась. Как под нее можно что-то незаметно положить?
Да и вообще, предлог «за» сидел в голове как заноза. «За ангелом» было написано, а не «под» и не «в». Значит, варианты «закопать в землю» и «спрятать внутри» отпадали сами собой. А это сужало поиски. Возможно, за статуей в стене находился тайник. Если же предположить, что за столько лет ангела не разбили, не украли, а просто передвигали с места на место несколько раз во время ремонта, то шансов найти замаскированную нишу в стене уже никаких.
С рассуждениями все было как-то грустно. В общем, чтобы не ломать себе голову, надо ехать и смотреть на месте. Если там ничего не обнаружится, был второй вариант – МОНИКИ. Правда, сейчас на территории института девятнадцать корпусов и старых из них только шесть. На этот счет Кира успела пошуршать в интернете. Не факт, что нужный уцелел. Да и вивария там не было, Кузьмич говорил. Зато имелась церковь. А в ней иконы. На них часто изображались ангелы. Вот за икону как раз можно что-то спрятать. Вероятно, там и надо искать.
