– А как я тогда пойму, что с ним?
– А на пол ничего нельзя постелить?
Пришлось просить медсестру принести резиновые коврики. По ним пес прошел как ни в чем не бывало. Но тут же лег и тяжело задышал. Хирург, посмотрев со всех сторон на ожиревшего пса, сказал, что не видит у него никакой проблемы с лапами. Даже рентген решил не делать. Просто отправил их к эндокринологу. Зачем? Проверяться на гормональные нарушения – большой вес, нагрузка на суставы и одышка. Кира порылась в интернете, почитала отзывы и поехала к лучшему специалисту.
Процесс перемещения от входа в ветклинику до кабинета врача прошел по утвержденному сценарию – волоком. Эндокринолог посмотрел на пса, слегка удивился, почему отправили собаку к нему, но заставил сдать анализы. Когда они были готовы, выяснилось, что никакой патологии у собаки нет. При этом ходить ему становилось все труднее, и одышка была все заметнее. Озадаченный доктор почесал затылок и отправил Чика к кардиологу.
Не стоит даже и говорить, что вся история повторилась как под копирку. Выйдя из кабинета, Кира подумала: «Куда теперь нас отправят – к стоматологу или дерматологу? Неужели так сложно понять, что не так?» Ей все это жутко надоело. Пес весил сорок шесть килограмм, а таскать его в последнее время приходилось постоянно в ходунках. По земле тот еще кое-как мог пройти несколько шагов, но по лестнице подняться был не в состоянии. Руки, казалось, удлинились сантиметров на десять, а в пояснице что-то начало предательски постреливать.
И вот теперь, после совершенно безумного дня предстояло опять надевать на Чика какую-то безумную конструкцию из ремешков и длинных мягких валиков, в которой Самойлова постоянно путалась, и ковылять на улицу.
На обратном пути, втаскивая беспомощного пса по лестнице к лифту, в одном из запястий что-то хрумкнуло, и по руке разлилась резкая боль. Пальцы невольно разжались, и Кира выронила Чика. Тот безвольно развалился на ступеньках и тихо сполз к основанию лестницы. Закончив плавное движение, он так и остался лежать. Самойлова села рядом и заплакала. «Если никто не поможет, мы тут так и заночуем, – с отчаянием подумала она. – Какой ангел, какая клиника с виварием? Если так продлится еще неделю, я лягу рядом с ним, и ходунки уже понадобятся нам обоим».
Крайне редко, но все же и от людей, живущих в соседних квартирах, бывает польза. Не только перфоратор в семь утра в воскресенье. Самойловой повезло: проходящий мимо сосед оказался большим любителем собак и силовых тренировок. Подхватив Чика, он занес его в квартиру с такой легкостью, как будто тот был газетой из почтового ящика. Оказавшись дома, Кира тут же отбила два одинаковых сообщения брату и приятелю: «Завтра все отменяется. У меня дела». Кузьмич почти тут же перезвонил.
– Что случилось?
– Чик заболел. Таскаю его по врачам. Где только не была – у хирурга, эндокринолога, кардиолога. Никто не может понять, что с ним.
– А что с ним?
– Ты издеваешься? Я же только что сказала, что никто понять не может.
– Спрошу по-другому. На что пациент жалуется?
– Ходить не может, все время ложится и тяжело дышит. По ступенькам вообще подняться не в состоянии. Пришлось с поддержкой таскать. А сегодня был просто кошмар…
Кира уже приготовилась рассказать, как ей при своих пятидесяти трех килограммах тяжело таскать на руках сорок шесть. И пожаловаться на боль в спине и руках. Но приятель резко прервал поток сознания.
– Терапевт, – произнес он и повесил трубку.
Кузьмич не имел привычки как здороваться, так и прощаться. Наверное, считал это пустой тратой времени. Да и вообще долго трепаться по телефону не любил. Самойлова как-то стала свидетельницей самого короткого в мире разговора. Кузьмич набрал номер, произнес: «Хлеб» и отключился.
– И откуда ты такой умный? – сказала Кира в пустую трубку. – Узкие специалисты не разобрались, а терапевт сразу поймет?
Совет показался совершенно идиотским. Но, поразмыслив, Самойлова решила, что все же здравое зерно в нем есть. Может, и правда стоит пойти таким путем? Пусть ветеринар сам решит, к какому врачу надо обратиться. Осталось только найти действительно хорошего, иначе печальная история хождения по кабинетам повторится.
В очередной ветклинике пол оказался, как по стандарту, блестящим и гладким. Глядя в его отражение, можно было причесаться, поправить макияж и сделать еще кучу полезных вещей. Чик тоже сразу оценил ситуацию и выпустил когти, после чего моментально распластался как гербарий. Самойлова привычно пристегнула к шлейке поводок и волоком потащила Чика в сторону указанного кабинета. Под дверью скопилась толпа человек в десять, и Кира затосковала. Сколько же придется просидеть в очереди, пока ее с питомцем примут?
