Коммунисты говорили о дисциплине и исполнительности, об ответственности за выполнение приказов командования.
- Боевая обстановка требует от каждого из нас быстроты и оперативности в работе, - заявил Романычев. - А что порой наблюдается в штабе? Медлительность или бестолковая суета. Командиру срочно нужны данные для принятия решения, а тут начинаются всякие согласования, перепроверки, звонки. Нельзя мириться с этими неполадками.
Выявили недостатки в работе штурманской службы, тыла и связистов, в распространении среди личного состава боевого опыта передовых авиаторов и другие недочеты командиров и политработников.
Разговор на собрании оказался весьма полезным. Командир корпуса подкрепил его своим приказом, в котором всесторонне анализировались недостатки в организации и тактике действий частей за последнее время.
В самом начале июня многие авиаторы корпуса получили очередные воинские звания, были награждены орденами и медалями за успешную боевую работу п отличную подготовку техники. Майору Якобсону было присвоено звание полковника.
- Александр Юрьевич, с вас причитается, - поздравляли его сослуживцы. Придется раскошеливаться на банкет. Не каждого производят с майора сразу в полковники.
- Братцы, наверно, произошла ошибка, - отбивался Якобсон. Он не надевал новой формы до тех пор, пока в полк не приехал командарм Руденко и не сказал, что никакой ошибки в приказе нет.
Перед вечером часть построили для торжественного вручения Знамени. Посередине квадрата, образованного строем летчиков, штурманов, стрелков-радистов, техников и механиков, стоял стол, накрытый красной материей. Рядом замерли по команде "Смирно" знаменосец и его ассистенты.
Генерал Руденко зачитал приказ. В нем были такие слова: "Боевое Красное знамя есть символ воинской чести, доблести и славы в борьбе за Родину. Оно является напоминанием каждому из бойцов и командиров об их священном долге преданно служить Советской Родине, защищать ее мужественно и умело, отстаивать от врага каждую пядь родной земли, не щадя крови и своей жизни".
Взоры авиаторов прикованы к священной реликвии - развевающемуся на ветру алому полотнищу. Немало славных боевых дел совершил полк, многие воины отдали свою жизнь в борьбе за свободу родной земли. Боевым крещением для воинов части явились грозовые дни и ночи легендарного Сталинграда. Наименование Сталинградский знаменовало всенародное признание боевых заслуг корпуса. И люди с гордостью принимали Красное знамя как награду за отвагу и самоотверженность.
Полковник Якобсон опустился на колено и поцеловал алое полотнище. Потом поднялся и сказал:
- Сегодня нам вручили боевое Красное знамя. Мы пронесем эту святыню сквозь огонь всех сражений и завоюем светлую победу. Смерть немецким захватчикам!
А вечером, после торжеств, на имя генерал-лейтенанта авиации С. И. Руденко пришла телеграмма. Он внимательно прочитал ее, потом показал командиру корпуса и мне. Командующий Центральным фронтом генерал Рокоссовский предупреждал, что в период с 5 по 7 июля немцы под Курском готовятся перейти в наступление. Надо быть готовыми к упреждению удара.
Утром все части корпуса были в полной боевой готовности.
Небо становится нашим
На курском направлении немецко-фашистское командование сосредоточило огромные силы: общее количество его войск здесь достигало 50 дивизий. Оно намеревалось этой наступательной операцией взять реванш за поражение под Сталинградом, снова овладеть стратегической инициативой и изменить ход войны в свою пользу.
Для прикрытия своих наземных войск гитлеровцы перебросили с других фронтов и из резерва много новых авиационных частей. Они были объединены в 4-й и 6-й воздушные флоты, насчитывавшие около двух тысяч самолетов. Фашисты рассчитывали вновь стать безраздельными хозяевами в воздухе, как в начальный период войны.
Но и на этот раз гитлеровским захватчикам не удалось осуществить свои планы. Не помогли им ни отборные эскадры самолетов, ни новейшие танки и самоходки, такие, как "тигр", "пантера" и "фердинанд". Заранее подготовив глубоко эшелонированную оборону, советские войска оборонялись исключительно стойко. Они не только сдержали бешеный натиск противника, но, обескровив его, сами перешли в наступление.
В 1943 году возросшая мощь нашей армии проявлялась во всем. Ощущали ее и мы, авиаторы. Войска, оборонявшиеся под Курском, прикрывались тремя воздушными армиями (2, 6 и 17-й), насчитывавшими около трех тысяч самолетов. Причем и машины были уже далеко не такими, как в первый период войны.
Но самое главное - к началу боев под Курском наши летчики уже имели солидный боевой опыт. Ошибки прошлого многому научили и командный состав. Все это, вместе взятое, и позволило нам удержать господство в воздухе, завоеванное в тяжелейших боях.
