– Но разве это что-то вам говорит? Большая часть офицеров, которая переходит на вашу сторону, имеют в багаже 58-ю статью. Кстати эта статья имеет в УК СССР довольно много ответвлений. Какая часть 58-й у вашего объекта?
– Этого я не знаю, – ответил Лайдеюсер.
– А что скажете о приметах агента, с которым вы говорили? Что вы «прочитали» по его внешнему виду?
– Он человек довольно молодой. Ему около 35 лет. Хотя жизнь его не была слишком легка. Он испытал трудности и это видно по его лицу.
– Он был офицером?
– Да, – сказал Лайдеюсер, – но ранг его невысокий. Капитан или майор.
– Это все?
– Нет. Если вы отправляете такого агента в тыл, без достаточного опыта и подготовки, то задание для него будет весьма важное. Но чем может помочь знаменитому Нольману непрофессионал?
– И какой вывод вы сделали? – спросил Нольман.
– Единственный, товарищ Нольман. Если у человека нет опыта агентурной работы, и если он не пользуется большим доверием вашего ведомства из-за своей статьи и лагеря, то, что у него есть? Очевидно, он лично знает кого-то, кто вас интересует на той стороне. И можно предположить, что этот офицер некогда знал лицо, что ныне занимает важный пост с той стороны. Но он русский и потому напрашивается вывод, что это важное лицо, которое вас интересует, служит в РОА у генерала Власова.
– Цепь ваших рассуждений мне понятна, герр Лайдеюсер. Благодарю вас за оказанную помощь.
– Это всё, товарищ Нольман?
– Да, герр Лайдеюсер. Вы может быть свободны.
Резиденция рейхсфюрера СС.
1 ноября, 1944 год.
Бригаденфюрер19 СС Генрих Танцман20 докладывал рейхсфюреру СС Гиммлеру о провале операции против Сталина21. Танцману эту операцию навязали. Он с самого начала не верил в её успешность, но приказ есть приказ. Пара русских диверсантов, муж и жена Таврины, были заброшены в советский тыл. Таврин имел документы заместителя начальника отдела контрразведки 39-й армии. Но операция сразу провалилась и Таврины были задержаны СМЕРШ.
Рейхсфюрер СС Гиммлер и сам не был сторонником этой операции. Но Гитлера в её необходимости убедил Риббентроп. И вот теперь рейхсфюрер выслушал от фюрера много неприятных слов.
– Фюрер недоволен нами, Танцман! – сказал Гиммлер. – А мое положение сейчас и так сложное.
– Я уже докладывал вам, что операция не имеет шансов на успех, рейхсфюрер.
– Вы сказали не так, Танцман! Вы сказали «мало шансов», мало, а не «не имеет совсем». И вам были выделены значительные средства!
– Этот план рейхсминистра Риббентропа, даже в случае удачи не привел бы нас ни к чему. Наивно полагать, что без Сталина, СССР тут же выйдет из войны, рейхсфюрер.
– Я согласен с вами, Танцман! Наши дела на фронте волнуют меня больше. И я пригласил вас не только ради доклада по провальной операции.
Танцман знал, о чем пойдет разговор. Гиммлер встречался с генералом Власовым, который настаивал на создании полноценной русской армии в составе вермахта.
Гиммлер сказал:
– Я вчера беседовал с генералом Власовым, который заверил меня что армия, состоящая из русского контингента способна эффективно сражаться с большевиками. Но фюрер по-прежнему настроен скептически.
– В Праге готовится к открытию съезд Комитета освобождения народов России (КОНР).
– Именно Танцман! Там будет принято решение о создании вооруженных сил КОНР, основу которых составит армия генерала Власова РОА.
– Я должен заняться этим, рейхсфюрер?
– Вам следует отправить в Прагу наблюдателя. Но это должен быть человек из низового звена.
– Я вас понял, рейхсфюрер. У меня есть такой человек.
– И кто это?
– Гауптхельферин Ева Шрат.
– Это та девушка, что способствовала разоблачению заговора против фюрера22? Отличный выбор, Танцман. Она вполне подойдет для этой миссии. Она ведь говорит по-русски?
– Ева говорит на нескольких славянских языках и в том числе владеет русским.
– Ей придется много встречаться именно с русскими в Праге. Конечно, большинство из них хорошо говорит по-немецки, но знание русского весьма и весьма пригодится. И больше всего меня интересует, что за настроения у русских. Там соберутся многие их генералы. И много будет тех, кто сражался с большевиками еще в 1918-1920 годах.
– Да, рейхсфюрер.
– Власов и его окружение добивается чести быть союзной армией, а не частью вермахта.
– И фюрер примет это?
– Я должен его в этом убедить. Потому мне нужно мнение не одного Власова. Мне нужно знать, что на самом деле думают о войне русские эмигранты. Участники антибольшевистского движения. Они лучше понимают русских.
– Я все понял, рейхсфюрер.
***
Берлин
Принц-Альбрехт-штрассе, 6.
Главное управление имперской безопасности (РСХА).
2 ноября, 1944 год.
Сотрудник РСХА23 Фридрих Вильке хоть и был специалистом именно по Востоку, но в последние месяцы работал по Швейцарии. Он даже встречался с господином Музи, бывшим президентом этой страны.
