— Эй, ты чего? — услышала она перепуганный голос Оуэна.
Паж настороженно уставился на нее, опуская на землю огромный звякнувший узел.
— Ничего, — со злостью ответила девушка, вытирая слезы.
— Нет, ну правда... Чего случилось-то?
— Не твое дело, понял?! — закричала она. — Не видишь, что ли, как я радуюсь!
Она вскочила на ноги и широкими шагами вышла за дверь, оставив пажа в полнейшем недоумении.
...Гонец мчался по дороге, нахлестывая гнедого коня. Комья грязи летели из-под копыт скакуна, забрызгивая королевские лилии, вышитые на голубой котте посыльного.
В лагере шотландцев царило ленивое спокойствие, которое обычно наступает после долгого утомительного марша. Две командирские палатки, наспех разбитые в небольшом лесочке, светлели в сумерках среди деревьев, освещаемые пламенем множества костров. После недавнего дождя мокрые ветви трещали и отчаянно дымили, в лагере аппетитно пахло только что приготовленной едой. Вокруг каждого костра в привольных позах расположились солдаты — ужинали, чистили снаряжение или просто спали, завернувшись в пледы.
Быстро темнело. Закатное солнце опускалось за соседний лесок огромным кроваво-красным шаром, окрашивая небо в багрово-синие тона. Стражник, сидящий на перегороженной бревном дороге, пристально вгляделся в сумерки.
— Кого это к нам черти несут? — недовольно проворчал старый шотландец, отрываясь от миски с кашей и хватая длинную пику. — Эй, эй, полегче, приятель! Осади своего коня, а то, если он забрызгает мне остаток ужина, я буду недоволен.
Посмеиваясь, он перегородил дорогу гонцу. С гнедого коня спадали клочья пены, бока тяжело опадали.
— Мне срочно нужен граф Мар! — по-французски выкрикнул гонец. — Ему послание от маршала Одрегема!
Шотландец тяжело вздохнул, не опуская пики.
— Ну что ж ты лопочешь-то не по-нашему, а, милый? Кто ж тебя поймет? И что за язык такой дурацкий... Да вижу, вижу, что на тебе намалевано, — добродушно сказал стражник, видя, как тот горячится и тычет себя в грудь, указывая на королевские лилии.
Он неторопливо обернулся назад и махнул рукой:
— Эй, Квак, поди сюда! Живо, живо!
Гонец яростно выругался. Из кустов почти мгновенно вынырнул невысокий чернявый юноша, видимо, исполнявший при стражнике почетную должность переводчика.
— Ты хорошо понимаешь французский? — нетерпеливо спросил королевский посыльный.
— Да, месье, — серьезно отвечал паренек со странным прозвищем. — Ведь я местный.
— Скажи этому лохматому варвару, чтобы он немедленно проводил меня к их баннерету[58], а то я ему башку снесу, — раздраженно приказал он. — Вот послание от маршала Одрегема.
— Это королевский гонец, месье Дунлах, — вежливо перевел парень. — Он просит разрешения пройти к графу Мару.
— Да пусть себе катится, мне-то что? — нелогично ответил шотландец, моментально утрачивая к посыльному всяческий интерес.
— Пойдемте, месье, — кивнул переводчик.
Через некоторое время в лагере раздался звучный голос рога, которым обычно граф Мар сзывал рыцарей на совет.
— Что там опять стряслось? — раздраженно воскликнула Эрика.
Она только что чуть не перевернула себе на колени котел с горячей похлебкой. Прикрываясь от едкого дыма, она приложила ладонь к глазам и посмотрела в сторону командирской палатки.
— Пойду послушаю, что скажет старик, — сказал Ричард, поднимаясь с земли.
— Погоди, сейчас я насыплю тебе ужин, — запротестовала Эрика. — Когда ты вернешься со своего совета, все уже остынет!
Дик, посмеиваясь, встал и направился к палатке графа, что смутно белела в темноте.
— Ну почему он никогда меня не слушает?! — всплеснула руками девушка, горестно глядя вслед шотландцу.
— Потому что долг воина — прежде всего, — с важностью сообщил ей Оуэн, облизывая ложку. — А ужин может и подождать.
И тут же получил поварешкой по макушке.
— За этим я и собрал вас, — продолжил граф Мар свою речь.
В большой палатке главнокомандующего было тесно. Горели светильники, неверные тени колыхались на полотняных стенах. Граф сурово нахмурил брови и обвел взглядом молчаливую толпу своих соратников.
— Король отказался принять условия принца Эдуарда и приказал всем готовиться к бою. Как вы знаете, войско англичан оказалось отрезанным от дороги на Пуатье, — граф Мар улыбнулся, будто в этом была его личная заслуга, — и Черный принц оказался в безвыходном положении. Эдуард предложил сдать все трофеи и всех пленных, захваченных во время рейда по Турени, но его величество король Иоанн ответил отказом. Войско англичан вдвое меньше, чем наше, и изрядно отягощено обозом. К тому же я слышал, что только что к королю пришло еще одно пополнение, где есть и отряд наших соотечественников.
Шотландцы радостно загалдели. Всем надоело ждать сражения, сидя в лагере.
— Правильно! Сколько можно гоняться за ними! Смерть подлым англичанам! — доносились отовсюду довольные возгласы.
— Мы принимаем бой завтра на рассвете. — Голос предводителя звенел от плохо скрываемого торжества.
