— Ну что, поиграем, Лионария Вельгард, — прошептал дрок, — только теперь по моим правилам. Я хочу, чтобы ты ещё раз сказала, что не хочешь меня.
Я, как загипнотизированный кролик, следила за тем, как он медленно наклоняется к моему лицу. Кто сказал, что нельзя получать удовольствие от ожидания? Я текла и плавилась, мечтая о том, чтобы его губы коснулись моих. Сладостная дрожь пробегала по телу от его горячих ладоней, держащих меня. Куда только делась вся моя решительность, не подпускать дрока к себе.
Дыхание сбилось. Я хватала воздух ртом, а он, словно тягучий мёд, не хотел проходить в лёгкие. Мужская рука медленно скользнула по спине вверх, добралась до шеи, запуталась в волосах.
Губы рыжего сорвали стон облегчения, когда он всё же прикоснулся ко мне. Нежно очертил контур едва уловимыми поцелуями, сместился к уху. Я наклонила голову, позволяя ему творить беззаконие, и наслаждалась им.
— Ты сводишь меня с ума, рыжая, — медленно проговорил дрок и впился в мои губы жгучим поцелуем.
Все мои мысли моментально выветрились из головы. Теперь меня не волновала ни Ришток, ни их предстоящая свадьба. Здесь и сейчас рыжий дрок был мой. И я надеялась насладиться сполна его телом и им самим.
Он решил не давать мне время на раздумье. Горячие руки шарили по телу. Покрывало слетело. Никогда бы не подумала, что он простых прикосновений я могу сходить с ума. Одежда стала мешать. Я жаждала прикоснуться к мужскому телу, провести пальцами по выпирающим мышцам, запутаться в волосах, проложить дорожку поцелуев по мощной груди, прислушаться к сильным ударам сердца.
Похоже, рыжий был со мной согласен. Его руки блуждали по мне, изучая изгибы и впадины. Наконец, одна из них добралась до груди, и я со стоном выгнулась навстречу. Твёрдая плоть, упирающаяся в меня, обещала неземное наслаждение.
Я взялась расстёгивать пуговицы на рубашке. Руки подрагивали. Рид отстранился и молча наблюдал за мной. По дёргающемуся кадыку я поняла, каких усилий это ему стоит и возбудилась ещё больше. Это было какое-то безумство, но мне хотелось дотронуться до него, ощутить гладкую кожу под ладонями.
Сняв рубашку, я пробежалась пальцами по груди, потом коснулась губами тела, проложила дорожку вверх, привстав на цыпочки, дотянулась до плотно сжатых губ. Не удержалась и прикусила ему губу.
Рыжий зарычал, будто дикий зверь, и сорвал с меня сорочку. Подхватив на руки, уложил на диван и принялся жадно разглядывать моё тело. Потом сбросил с себя одежду и навис надо мной. Я облизнула вмиг пересохшие губы. Моя грудь тяжело вздымалась. Внутри всё горело. Мне хотелось его не меньше.
Рид медленно наклонился надо мной, не сводя глаз с моего лица. Я как заворожённая смотрела в его глаза.
— Что ты там видишь, Лионария? — прошептал он.
— У тебя в зрачках звезды.
Он припал к моим губам. Его поцелуи стали нежными, он словно упрашивал меня о чём-то. Я постанывала от переполнявших меня чувств, когда он касался груди, прокладывал дорожку поцелуев вниз, ласкал бёдра.
Внутри меня разгорался вулкан. Сейчас он тлел, набирая силу, но уже готов был пролиться кипящей лавой. Я изучала руками мужское тело. В этот раз дрок был непреклонен и не давал мне главенствовать над ним.
— Ни в этот раз, рыжая, — проговорил он, придавливая меня своим телом. — Ни в этот раз.
«А другого раза у нас с тобой не будет!» — хотела крикнуть я, но он, словно предчувствуя, закрыл мне рот страстным поцелуем. Время ласк прошло. Теперь мужчина стал настойчив. Он просто решил свести меня с ума.
Я сама уже раскрылась перед ним, умоляя, чтобы дрок завершил начатое. Но Рид медлил, доводя до исступления своими ласками.
— Скажи, что хочешь меня, — шепнул он мне в губы.
Я замерла. «Вот неужели нельзя было просто довести дело до конца?»
Дрок немного отстранился и двинулся между моих бёдер. Меня пронзило острое желание.
— Скажи, рыжая, что ты хочешь меня! — требовательно повторил он.
И снова то же движение, от которого всё во мне взрывалось, требуя продолжения.
— Ну, скажи же!
— Так нечестно, — едва выдавила я из себя, а потом прижалась к дроку и повторила его действия. Лицо мужчины напряглось. — Ты меня вынуждаешь, Рид.
— Я тебя люблю, Лионария, — огорошил он меня. — Хочешь, я сейчас уйду?
— Нет! — воскликнула я, обхватывая его шею руками. «Он что, хочет вот так меня бросить?!» — Нет! — я смотрела в синие глаза и не могла насмотреться. Звёзды вспыхивали, гасли и возрождались вновь. «Да пропади оно всё пропадом!» — Я хочу тебя, рыжий. И всегда хотела!
Наши губы слились в страстном поцелуе. Меня уносило в облака, а потом я падала в бурлящий водоворот, чтобы вновь взлететь к небесам.
Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, на улице была глубокая ночь.
— Я никому тебя не отдам, — шепнул Рид, прижимая меня к себе.
Сладкая истома разливалась по телу, и мне не хотелось выяснять отношения.
— Не надо, Рид, — попросила я. — Не порти нашу встречу.
— Я никому тебя не отдам, — упрямо повторил он и жадно поцеловал меня.
